Враги

- Так ведь и я опасна, даже если оружия не давать. А если дать - у-у-у... Так что теперь, таким как я... или Огрен, или Натаниэль - сразу руки вязать? Или вовсе отрубить, раз уж голыми руками убить можем, если понадобится?

-- Так ты понимаешь...

-- Я понимаю, почему ты раз за разом бежал. Я даже готова понять, почему взбунтовался Ульдред - хотя Грегор и не показался мне совсем уж невменяемым...

-- Он послал за правом уничтожения!

-- Он согласился его не применять, если за выживших поручится Ирвинг. Он спас, кого смог.

-- Кого смогла спасти ты - так будет точнее.

-- Неважно, - Элисса снова передернула плечами.

- Речь не о Грегоре. Я не могу ни понять, ни простить Ульдреду его методов. Скольких он подставил? Сколько лет, если не поколений, храмовники теперь смогут с полным правом указывать - вон, посмотрите, один из них утопил в крови собственный Круг!

-- Возможно, его вынудили. Просто не оставили выбора?

Элисса круто развернулась, ухватив мага за грудки.

-- Еще одно слово - и расскажу во всех подробностях обо всем, что я там увидела. До мельчайших деталей - у меня, знаешь ли, хорошая память. А потом мы снова поговорим о загнанных в угол, выборе и свободе.

-- Эй, отпусти его! - вскинулась было Веланна, но командор только зыркнула на нее - и эльфийка стихла. Андерс помедлил, явно ошарашенный. Натаниэль уже начал было надеяться, что здравый смысл все же возьмет верх. Да, они все устали и встревожены, так что трудно оставаться спокойным и рассудительным, но...

Андерс упрямо задрал подбородок:

-- Ты просто не представляешь..."

"-- Не представляю, - сухо согласилась Элисса. - И, все так же, не выпуская мантию мага, начала рассказывать. Ровным и негромким голосом.

Цвета, запахи, звуки. Бурый пол в комнатах учеников, бурые разводы на стенах, заскорузлые ломкие от засохшей крови покрывала. Мухи, облепившие покойных, зудят, неохотно взлетая лишь когда Винн не успевает подобрать полу мантии и та касается мертвого. Губы чародейки непрерывно шепчут, перебирая имена. Разодранные на части, скрученные под немыслимыми углами тела. Лица, изуродованные до неузнаваемости и почти нетронутые, безмятежно-спокойные - смерть стерла все следы пережитого.

Коридоры. Серый камень. Черная копоть. Крови нет - неоткуда ей взяться там, где погуляли демоны гнева.

Запах хорошо прожаренной свинины. Алистер кривит угол рта, хмыкает что-то о том, что долго теперь не сможет есть мяса - Лелиана стремительно отворачивается и ее тошнит.

Веланна заткнула уши. Андерс сглотнул.

-- Хватит.

-- Я предупреждала, - сказала Элисса и продолжила.

Библиотека. Коридоры. Усмиренные, двое живых среди мертвых - эти даже сопротивляться не могли, нечем. Коридоры. Наросты на стенах, похожие на дикое мясо - только многажды увеличенное. Тела. Еще коридоры.