Золотая лилия

 — Доберемся до барака, высадим двери и…

— Погоди минутку. — У меня возникла одна безумная идея. Трей, ты сказал, что Эдди не сможет просто туда попасть. А как насчет меня?

— Ты о чем? — переспросил Трей со смесью подозрительности и замешательства.

— Ты понимаешь. Ведь ты осведомлен, кто я такая. Трей кивнул. — Наши две организации некогда были одним целым. Те парни, которые подошли ко мне в кафе, заявили, что нам следовало бы работать вместе. Воинам нужны все существующие возможности алхимиков.

— Ты предлагаешь торговаться? — нахмурившись, спросил Трей.

— Нет. Я просто хочу поговорить с вашим советом.

Я попробую объяснить, почему Соня не… то есть выглядит не так, как прежде. Некоторые морои используют определенную разновидность магии, и они даже покажут вам…

— Нет! — мгновенно отрезал Трей. Никого из них туда не впустят! Чудовищ терпят, но не более того. И вас, гибридов, тоже не впустят. — Он имел в виду Эдди с Ангелиной. Я никогда не слышала прежде этого термина — гибрид, адресованного дампирам, но смысл был ясен.

— Ладно, — согласилась я. — Только люди. Я — человек. Ваша организация хочет сотрудничать с алхимиками.

Разреши мне пойти с тобой. Без оружия. Я встречусь с вашими руководителями и…

— Сидни, нет! — запротестовал Эдди. — Тебе нельзя быть в их логове одной! Боже милостивый, они собирались отрубить Соне голову! И помнишь, что Кларенс рассказывал про молодняк, который преследовал его?

— Мы не причиним вреда человеку, — категорично произнес Трей. Ей ничего не грозит.

— Я тебе верю, — сказала я. — Ты и сам этого не допустишь. Но разве тебе самому не интересно, почему Соня такая, как она есть? И ты допустишь, чтобы твои сотоварищи совершили ошибку? Вы терпите мороев.

Соня — моройка. Позволь, я все объясню. Я не прошу ничего, кроме возможности говорить.

— И гарантии безопасности, — добавила Ангелина, возмущенная не меньше Эдди. Тот кивнул, соглашаясь с ее словами. — Вы, парни, сдвинуты на понятии о чести! Пообещайте, что она будет вне опасности.

— Попроси их! — не останавливалась я. — Пожалуйста! Неужели ты не можешь этого сделать для меня, твоего друга?

На лице Трея отразилась боль. Он намекал прежде, что в долгу передо мной — за мою помощь в прекращении подпольной деятельности тату-салона Кита.

Это накладывало бы обязательства на любого — не только на того, кто одержим идеей чести. А у меня с Треем нашлось даже больше общего, чем я предполагала. Оба мы входили в организации, желающие контролировать наши жизни, и зачастую нам не нравились их способы и правила. У нас обоих были деспотичные отцы. Только цели наши разные. Если бы не этот факт, мы могли бы посмеяться над самими собой.

— Ладно, — слался Трей. Что-то мне подсказывало, он также подумал о нашем сходстве. — Только ради тебя.