1971

Пришлось даже слегка переписать окончание последней книги, что, впрочем, не заняло слишком много времени – лишних пара недель, и готово. Опять же – был бы компьютер, все это я сделал бы гораздо быстрее.

А еще я вез Махрову первую книгу серии «Лекарь». Вот над ней пришлось работать упорно и крепко. Слишком уж она пропитана эротизмом, и даже очень откровенным эротизмом. А еще нужно было изменить начало книги, убрав все, что могло бы навести на недоуменные вопросы. То есть любые упоминания о России двухтысячных годов.

Махров заказал мне номер в гостинице Россия – снова за счет издательства, и с поезда я отправился в свой номер.

Знакомая, рутинная процедура оформления заезда, и вот я, уже освеженный в душе, причесанный, побритый и политый «Шипром», шагаю по весенней Москве, помахивая кожаным портфелем. Хорошо! И жизнь хороша, и жить хорошо!

Метро встретило меня гулом голосов, шумом прибывающих поездов и особым запахом, который есть, наверное, только в московском метро. Я не могу передать ощущения от этого запаха, это просто невозможно.

Но тот, кто хоть раз его ощутил, больше не забудет. Как и не забудет красоту московских станций метрополитена. Кто-то скажет, что это излишество, что на функциональность метрополитена красота облицовки и медные статуи не влияют, но как же приятно находиться в этой красоте, а не в дурацкой нью-йоркской подземке, грязной, разрисованной дурацкими граффити, воняющей мочой и блевотиной! Мы привыкаем к хорошему и считаем, что все это нормально и так оно везде. А ведь не везде! Совсем не везде.

В издательстве оказался ровно в десять часов московского времени, как и планировал. Быстро взлетел на нужный этаж, и вот я уже стучусь в дверь знакомого кабинета.

– О-о-о! Наш классик фантастики! Наш величайший фантаст всех времен и народов!

Вот все-таки этот Махров темная лошадка. Иногда трудно понять – когда он шутит, а когда говорит серьезно. Вот сейчас он и правда мной восторгается или все-таки эдак по-дружески стебется? У меня есть огромные подозрения, что именно второе. Шутку он любит и постебаться всегда горазд.

Впрочем, я тоже не лыком шит и тоже люблю пошутить.

– А это столп литературного мира? Подпирающий могучим плечом всю мировую литературу?

– Хе-хе… да, это я. Давай забегай! Сейчас я Леночку за кофе пошлю!

– Леночку? А где Машенька?

– Хм… Машенька в декрет отправилась. У нее внезапно вырос животик!

– Так ли уж внезапно? Ох, Алексей, сидишь тут в цветнике…

– Но-но! Руссо издатель – облико морале! У нее жених есть! Вот… вроде как его ребенок.