1971

Должна же быть у меня какая-то придурь? Вот, например, такая – не пью я совсем, и всё тут! Отвалите!"

"Я ожидал каких-то политических лозунгов в честь Первого мая, помня политизированность советских граждан. Но никакой особой политики не было. Директор поднял тост, поздравил всех с праздником и с ухмылкой сказал, что всех присутствующих ждет завтра возле издательства в восемь утра – без опоздания. И что, если кто-то будет страдать с похмелья, мы здоровье ему быстренько поправим. Все заулыбались, зашумели, женщины стали ехидно спрашивать, каким образом поправят здоровье похмельным мужикам, а потом все выпили и начали радостно закусывать, да так, что приятно было посмотреть на здоровых и веселых людей, с таким удовольствием отдающих должное вкусной еде.

Трудно сидеть трезвым в компании, в которой не осталось ни одного трезвого человека, кроме тебя. Особенно если некая девушка, приходящая к тебе во снах, прижимается бедром, трется о тебя, а потом начинает незаметно для всех поглаживать тебе ляжку, переходя все выше и выше. Тут и кусок в горло не полезет, а тот, что полез, назад выпрыгнет!

Нет, такой прыти я от современной девушки не ожидал.

Говорили, что в этом времени девушки были едва ли не монашки, да? Ага, ага… рассказывайте кому-нибудь другому! Только не мне!

Когда подпили, начали петь песни. Русские песни. Что только не пели! И «Черный ворон», и «Шумел камыш». И эстрадные песни пели – громко, задорно, с выражением!

Я тоже подтягивал и настолько увлекся, что, когда ручка Леночки дотянулась все-таки, куда хотела, – едва не подскочил на месте и постарался отодвинуться от этой агрессорши как можно дальше.

А потом включили проигрыватель, и понеслись танцы – благо, что позволял это делать здоровенный кабинет Махрова.

Мужики, коих меньшинство, были нарасхват, и в первую очередь – я, ибо выделялся на фоне поддатых и довольно-таки худосочных и бледных здешних мужчин своими габаритами и твердостью мускулов. Леночка, само собой, была первоочередной партнершей, но ее оттеснила девица из бухгалтерии, сопевшая и прижимавшаяся ко мне так, что я опасался – она почувствует, что я вообще-то уже готов к… хм… любви! Впрочем, она все-таки почувствовала, потому что тихо предложила пойти подышать воздухом на балкончик для курения. Был у них такой – если пройти через Ленинскую комнату. Я даже заколебался – а правда, не пройти ли? Что-то я так неслабо возбудился, а девушка сочная, красивая, и, как я вижу, замужем, а значит, посягательств на мою свободу не будет. Но тут ее решительно оттеснила Леночка, смерив ее таким взглядом, что я побоялся – подерутся еще, не дай бог! Нет хуже зрелища, чем дерущиеся пьяные девки. Волосы летят клочьями, юбки задраны выше талии, обнажая все что надо и что не надо.