Белая субмарина: Морской волк 4-6

В толпе все говорили, что завтра русские будут здесь, и как было бы хорошо, если бы они с немцами перебили друг друга, и никто не тронул бы Варшаву – «а потому, друже, надлежит нам завтра стоять с винтовкой у ноги, не вступая в бой, но быть готовыми отразить посягательство на нашу свободу!»

Но русские назавтра не пришли. Зато над Варшавой разверзся ад. Если раньше, как было сказано, немцы почти не трогали центр города, то теперь их бомбардировщики заполнили небо, страшнее, чем в тридцать девятом. Они взлетали из Окенце, совсем рядом – северный аэродром, Бабице, был выведен повстанцами из строя.

Били прицельно, по самым важным объектам – электростанция, водокачка, телефонная станция, радиоузел. Били по всему городу, высыпали огненный дождь фосфорных бомб и бросали тяжелые фугасы, от которых оседали в пыль многоэтажные дома. Проносились вдоль улиц, стреляя из пулеметов по обезумевшим, бегущим людям. И когда самолеты улетали, пожарные и санитарные машины не могли проехать по улицам, заваленным обломкам, и некуда было везти раненых, потому что госпитали тоже бомбили, и не было смысла тушить пожары, потому что самолеты очень скоро прилетали снова и опять бросали бомбы. Страшно было видеть человека, облитого горящим фосфором, и стену дома, обрушивающуюся на мечущихся внизу людей. Но никто не знал еще, что столбы дыма, поднимающиеся в небо возле Цитадели, страшнее – это горели склады, провизия и топливо, которые никто не озаботился убрать в безопасное место.

Продукты, исчезнувшие из магазинов в первые же дни? Их тащили в свои квартиры – и теперь те, кто остались бездомными, разом потеряли все, и никто не думал их кормить. Зато большую цену приобрели подвалы и погреба.

И конечно же, в выигрыше оказались служившие у повстанцев и получающие паек. Вот только каждый из них думал: «Если меня убьют, кто поддержит мою семью?»

А немцы в тот день не наступали. Стреляли, бомбили – но не наступали вообще. Отчего, стало ясно завтра."

"Русские пришли. Только они носили форму СС, украинцы из «Галичины», панически боящиеся Восточного фронта – советские их в плен не брали – зато люто ненавидевшие поляков. Еще дивизия Бронислава Каминского, бывшая армия так называемой «Локотской республики», своими зверствами превзошедшая даже зондеркоманды СС.

Еще казаки генерала Краснова. Еще сборище штрафных батальонов из уголовной сволочи всей Европы – этим было обещано, что если не покажут рвения, то все попадут на Восточный фронт, откуда не возвращаются – «вы-то точно сдохнете там все!» Кто пугал варшавян нашествием дикой озверелой орды – так получите! А за Вислой было тихо – те русские, которых ждали, не пришли.

И на следующее утро эти двинулись в наступление по всему фронту, сжимая Варшаву стальным кольцом.