Белая субмарина: Морской волк 4-6

Причем во главе этой «локотской республики» встали бывшие советские же шишки районного масштаба, в том числе и коммунисты – председатель колхоза, предрайисполкома, главбух потребсоюза, и прочая и прочая.

– Все пошли, и я пошел, гражданин начальник. Видели, что за немцем сила – а жить-то надо? А так как без строгости нельзя, да и платили за вооруженную службу больше, то я и пошел… Бандитов всяких ловили, которые по лесам прятались, вместо того чтобы покориться. Хотели, чтобы порядок был, ну и себе обустроиться, конечно. А как ваши наступать начали, мы с немцами ушли – куда нам иначе? А немцы кормить за так не хотят, или за службу, или самих… Но на фронте не были, только бандитов по лесам…

Бандиты – это наши, советские партизаны.

Кто ваш фашистский порядок не принял, в леса ушел – и с кем вы воевали, за фрицевские подачки. Ваши наступали, стало быть, ты советских за своих уже не считаешь, вот только и для немецких хозяев вы не ровня, а лишь для грязной работы: «Выбирайте – или карателями, или рабами». Ну а дальше из этой локотской сволоты сформировали то ли дивизию, то ли усиленную бригаду СС, под командой бригаденфюрера Каминского (и какой идиот эту сволочь, арестованную в 1937-м, по амнистии выпустил?), и эта банда в Белоруссии зверствовала так, что чины вермахта брезгливо морщились – мол, ну что вы ждете от славянских дикарей? А затем давила Варшаву, что в нашей истории, что в этой – причем у нас Каминского после судили и расстреляли сами немцы с формулировкой «за излишнюю жестокость», – это как надо было постараться, чтобы в СС решили, что это уже перебор и надо фасад почистить? Ну, а ты сдохнешь здесь и сейчас, жаль, что быстро!

Легко сворачиваю Пыжикову шею – не захотелось даже нож об него марать.

А ведь если бы не война, прожил бы ты так советским гражданином, семью бы завел, детей вырастил… и сколько же в тылу осталось таких, которые пока не проявились, маскируясь под порядочных людей, возможно, всю жизнь?

Хотя с другой стороны… Вот я точно в своей постели не помру – по крайней мере, вероятность этого куда меньше, чем у простого рабоче-крестьянина. Так ведь не каждому такое дано – что там Гумилев говорил о пассионарности, как о мерке между «за идею» и «самому обустроиться»? Между теми, кто драться будет за то, что ему дорого, и теми, кто согнется, лишь бы не тронули? Так выходит, что совокупная пассионарность нации есть ценнейший ресурс?

И тут я поверил, что Германию мы сумеем в этой истории и завоевать, и присоединить.

Когда пассионарных выбьем и лишь такие в большинстве и останутся. Пусть обустраиваются под нашей властью и делают, что мы укажем.