Дамы убивают кавалеров

В селедке «под шубой» свекла порезана, причем крупно, хотя ее надо тереть на терке. А «Оливье» – вот убожество! – приготовлено на основе колбасы. Да любая хозяйка скажет, что колбасные «столичные» салаты канули в Лету вместе с социализмом! «Оливье» нужно делать из курочки, из кальмарчиков. В крайнем случае – на мясе из бульона. Но уж никак не на убогой «варенке»!

Даша допускала, что в «Белом солнце пустыни» готовят повкуснее, нежели в «Елках-палках». И счета небось приносят – ого-го-го какие!

А если там, допустим, подают улиток – как в любимом фильме «Красотка»? Как прикажете их есть?! К ним вроде какие-то специальные щипчики полагаются.

Ну ладно, улиток она может и не заказывать. Но шашлык-то наверняка есть придется! Для него тоже, наверно, существуют какие-то правила.

На пикниках Даша обожала сгрызать мясо прямо с шампура. Но в этом кабаке такой подход вряд ли покатит. Купить книжку по этикету? Тренироваться перед зеркалом – скажем, на сливах, нанизанных на шампур?..

«Господи, чем я занимаюсь? – вдруг вспыхнуло в голове. – А мой Ленька, избитый, у этих гадов, ему небось и хлеба-то вдоволь не дают».

На глазах с готовностью выступили слезы.

Все-таки философия карате помогала ей не всегда.

«Нельзя! Нельзя реветь! – приказала себе Даша. – Я работаю! Я спасаю его!!!»

Катя КалашниковаБахтияров разрешил Кате съездить домой за вещами и наказал явиться к полуночи.

Калашникова приехала в начале первого. За день она намоталась и рассчитывала на спокойное чаепитие в профессорском кабинете. Однако Бахтияров встретил ее хмуро. Заявил: «Вы опоздали!» Чаем не угостил. И велел – именно так, велел! – немедленно отправляться спать.

Катя, решившая во что бы то ни стало вжиться в роль хозарской женщины, подчинилась.

Покорно поплелась в отведенный ей «малый кабинет».

Помещение оказалось донельзя жалким – обычная кладовка: площадь два на два метра, окна не предусмотрены, пахнет пылью. Сюда едва вмещались короткий жесткий диванчик да кособокий стул. А для воздуха места не хватило. Духота в комнатенке стояла смертельная. «Я-то надеялась, профессор мне хотя бы в гостиной постелит! – думала Катя. – А он в душегубку засунул… Тоже мне, восточное гостеприимство!»

Заснуть никак не получалось. Дурацкий диван отдавливал бока, в духоте надсадно гудели мухи.

«Зачем я пошла на это? – терзала себя Катя. – Занимаюсь какими-то глупостями. Чего я этой своей затеей добьюсь? Будь я сейчас рядом с Пашей – от меня, может, было бы больше пользы».

«Нет уж, господин Бахтияров, так не пойдет. Если б вы мне свою спальню – между прочим, с кондиционером! – отдали, я б еще подумала. А так – с меня хватит. Ухожу».

Катя вскочила с дивана, натянула одежду. Она сейчас разбудит профессора и скажет, что передумала. Все равно у нее ничего не выйдет.