Единственная

– Свет на нижний уровень, – приказал он системе.

Между нами была та самая нежность и неторопливость, которой так не хватало в первый раз. Медленное раздевание, чувственные ласки, когда мы боялись оторвать друг от друга взгляд, а коснуться хотелось везде. Мы нежно целовались, делясь любовью, а не жадно набрасываясь. Мы словно заново рождались, превращая наше второе слияние в праздник души.

Потом мы лежали, прижавшись друг к другу тесно-тесно, и шептались в уютной темноте, поверяя мелочи и тайны и делясь самым сокровенным. Сближались, срастались, радовались, что обрели друг друга.

– Как нас нашли? – я положила ладонь на грудь Джару и легонько поглаживала. – Почему так долго искали?

Он перехватил мою руку и целовал каждый палец, неспешно давая ответы:

– Рем Тошиль…

– Рем?

– Командир корабля. Он не мой непосредственный начальник, наша боевая группа действовала в рамках своей спецоперации. Рем Тошиль отвечал за транспортировку.

– Угу. Так что насчет эвакуации?

Мой янт чуть поморщился, прежде чем начать:

– Все, как обычно, на Полярной. Нам не повезло упасть прямо во время электромагнитной бури. Из-за особенностей планеты долго ни один сканер не работает, только коротковолновые датчики. К тому же еще и буря случилась. Нас фактически методом сплошного прочесывания местности в оптику искали. Нечаянно спутали квадрат падения, тоже по причине искажения работы техники, вот и кружили."

"– Илэр навигатора не убил? – хихикнула я, вспомнив угрозу этого десантника.

– Нет, они были настолько возбуждены, что их сразу по медблокам отправили на очистку. Мы с Рето кратко доложили о происшествии и сообщили о тебе самую важную информацию. Дальше нас с тобой в один блок положили. Мне повезло: пришел в себя быстро. Я уже попадал под это воздействие и минимальный иммунитет организм выработал. Пришел в себя на несколько часов раньше, все подготовил для тебя, но рем срочно вызвал – мое руководство требовало предварительный отчет об операции. И о тебе.

– Из-за меня будут проблемы? – напряглась я.

– Нет, я позабочусь, все будет хорошо, – уверенно заявил мой рант.

– Хорошо. Я верю тебе, – кивнула я и залезла на него.

Так лежать и слушать было удобнее и лицо видно. Он прикрыл нас одеялом и крепче прижал к себе поверх него, прямо как тогда, в капсуле, улыбнулся и поделился:

– Знаешь, моя лама очень привязана к лате. – Я мысленно перевела слова как «мать» и «отец», намереваясь затем уточнить истинное значение. – Даже летала на Полярную вместе с ним, чтобы не разлучаться надолго. Но у них и в семьях рантов, которых я знаю, нет такой близости.

– А что есть? – хрипло шепнула я.

– Есть уважение, семейное партнерство, потребность из-за зависимости от слияния, страсть, в конце концов. Но ты… ты другая.