Эротические страницы из жизни Фролова

А я это чувствую. У меня у самой тогда все внутри щемит от удовольствия.

- Правда? Я никогда о таком не слышала. А я бы, наверное, не смогла. Знаешь, у меня был парень, да он и сейчас почти что есть - как раз тот, на которого у меня бывает мокро, так он все время хотел, чтобы с кем-нибудь вдвоем на меня одну, по очереди или как-нибудь еще, а я ни за что не соглашалась. Он как назовет кого-нибудь, так меня аж воротит. И сразу сухо становится, даже на него. Хорошо, говорит, давай тогда найди нам подругу. Так я ему сразу по физиономии ка-а-к заехала.

Он аж упал. Три месяца не встречались. А потом подумала: интересно, а если бы я и в самом деле при нем другому дала, что потом было бы? Бросил бы или наоборот?

- А сейчас как ты с ним?

- Он считает, что я никуда не годная. Ничего не умею и плохо хочу. Я и в самом деле стала его хуже хотеть. Хотя он мне очень нравится. Не только в этом смысле, вообще, как человек. Чистый такой. Мягкий. Умный очень, почти как твой Виктор. Детей любит. Зарабатывает неплохо. И что интересно, совсем не гулящий. Я сама не пойму, чего это его на групповуху тянет.

Виктор, кстати, его видел пару раз. Даже разговаривал.

- А как получилось, что тебе понравился Виктор?

- А он, гад, на меня внимания не обращал. Я и так, и этак, чуть не голую задницу ему под нос сую, а он ноль внимания. Со мною никто себя так не вел. А потом однажды увидела с ним тебя. Как вы прямо на улице целовались. Вот, думаю, гад, инфантильным прикидывается. А оказалось, что ты его жена. Ну, думаю, если такая женщина с ним живет, значит, точно что-то в нем такое есть. И стала мокреть при одной мысли о нем.

Вот так. Слушай, может это я на тебя мокрею? Смотри, опять…

И они расхохотались, как малые девчата.

Этот их обоюдный параллелепипедный взгляд на чуть приподнявшуюся над Иркиным животом Катькину промежность, подействовал на Виктора, развалившегося в полуметре от них, крепче конского возбудителя. Он даже почувствовал хлопок головки по своему волосистому подпупью, так оттянулся вдруг его освирепевший жеребец.

Раз так, значит пора.

Голая Катькина попка, примостившаяся у Ирки над самым лобком, показалась ему чуть приподнятой из-за того, что колени ее были широко расставлены, а сама она наклонилась к Ирине, упираясь в постель прямыми, слегка ротированными кнаружи руками.

Точно, что лыжный трамплин, - глядя на ее выгнувшуюся спину, подумал Виктор. У самого Иркиного лобка щель между ягодицами разошлась, и на Иринкиных трусиках покоилось широкое и выпуклое Катькино межножье, и даже отдельные темные волосинки были видны, хотя ее кучерявая растительность почти целиком располагалась на верхнем этаже промежности.