\

Кирасиры полковника безупречным клином выдвинулись вперёд, пошли галопом, и стремительно вонзились в рыхлые порядки войск Огюста. Более тяжёлые жандармы не могли ни спастись от них, ни организовать достойное сопротивление. Пехота медленно двинулась вперёд, то и дело укутываясь белой дымкой ружейных залпов — теперь остатки королевских сил неспешно и неотвратимо прижимали к холмам.

— Что ж, в такой победе больше заслуг у врага, чем у нас, — констатировал маршал, опуская подзорную трубу. — Если позволим уйти слишком многим, есть риск…

Горн заиграл тревогу совсем рядом со штабом."

"— Демоны, что ещё… — Де Котоци умолк на полуслове. Вдоль берега с севера мчал галопом отряд из двух или трёх сотен лёгких всадников в зелёных мундирах. — Они переправились ниже по течению!

Очевидно, лёгкая конница должна была отрезать беглецам путь за броды или ударить в тыл, но битва обернулась против армии Огюста слишком быстро. Однако всадники ещё не знали об этом — и нацелились туда, где видели самый большой флаг. То есть на ставку маршала.

— Остановите их! — рявкнул де Котоци. Кто-то из адъютантов погнал коня к стоящим неподалёку Чёрным Щитам. Другой ринулся к ближайшей пешей роте, на скаку размахивая шляпой и что-то крича.

— Что бы ни случилось, держитесь возле меня, госпожа. — Жанна тронула Розу за плечо. — Пока я рядом, ничего не бойтесь.

Латники с чёрными значками на панцирях сами заметили угрозу. Не дожидаясь приказа, они двинулись наперехват врагу — но слишком медленно, чтобы преградить ему путь к ставке. Офицеры штаба обнажали шпаги, созывая к себе солдат караула, донна Виттория с напускным спокойствием перебирала амулеты в поясных сумочках. Роза плотно сжала губы, стиснула поводья до боли в пальцах. «Вот бы мне арбалет… — подумалось ей. — Почему я так и не завела новый?». Краем глаза девушка заметила странное движение. Расчёт сорокоствольной картечницы, призванной защищать штаб от атак с воздуха, выкатывал своё громоздкое орудие навстречу неприятелю.

— Живей, ублюдки! — орал старший пушкарь, подгоняя прислугу затрещинами.

Стволы картечницы опустились. Пушкарь дунул на горящий фитиль и ткнул им в орудие.

— Бах! Бах! Бах-бах-бах!

Веер свинца вмиг скосил десяток всадников. Остальные подались в стороны, сбавив аллюр — и этой задержки хватило. Чёрные Щиты налетели на кавалеристов Огюста с фланга, разом смяли добрую их четверть. Завязалась беспорядочная свалка. Паре десятков вражеских конников всё же удалось вырваться из кучи-малы, но их остановил караул штаба. Когда подоспела рота пикинёров, всё было кончено. И здесь, и по ту сторону речки — остатки жандармов уходили низинами меж холмов, бросая раненых и отставших. Кто-то из кирасир де Больора уже скакал назад с трофейным знаменем в руках.