\

Обрушилась внутрь вместе с переломленным засовом. Остатки разбитой створки големы снесли с петель парой заключительных точных ударов. Беспрепятственно оттянули в сторону левую — уцелевшую, но тоже едва державшуюся — створку.

Теперь путь в город преграждали лишь две внутренние решетки. Опущенные и внатяг обмотанные цепями, концы которых были намертво закреплены под стенами — в массивных кольцах, торчавших из кладки и фундамента. Цепи не позволяли ни сдвинуть, ни приподнять тяжелые воротные решетки. А кованые прутья, отделявшие арку от городских улиц, были не в пример толще тех, которые Дипольд в свое время выдирал из окна магиерской мастератории при помощи механической руки. Но сейчас стальные руки големов действовали не одними лишь пальцами-тисками. Сейчас в руках этих было оружие сродни стенобитному.

Поднялась и с оглушительным звоном опустилась на железные прутья секира. И — булава.

И — снова секира.

И — опять булава.

Секира — булава.

Секира — булава…

Теперь в тесной арке едва помещались два голема. Но оба били дружно и слаженно, как молотобойцы в кузне. И решетчатая «наковальня» поддавалась, прогибалась…

Бж-з-з-зь! Бж-з-з-зь! Бж-з-з-зь! — звенел металл о металл, порождая под гулкими сводами жутковатое эхо.

Брызгали искры. Летели обломки кованых прутьев и звенья цепей. Сверху сыпались пыль и выкрошенная щебенка. Осколки металла и камня стучали по шлемам, наплечникам и нагрудникам оберландских монстров.

Бж-з-з-зь! Бж-з-з-зь! Бж-з-з-зь!

Закаленные лезвия громадных секир, лишь самую малость затупленные и иззубренные, перерубали более мягкий и податливый металл. Тяжелые булавы мяли и проламывали преграду.

И так прут за прутом. Цепь за цепью.

И в конце концов…

Бж-з-з-зь-звяк!

…первая решетка пала.

А через пару минут и вторая — звь-звь-звь! — обвисла искореженными обломками на обрывках цепей.

Големы вошли в Нидербург. И золоченые ключи на алых подушечках им для этого не понадобились.

Вслед за передовым десятком стальных великанов в разбитые городские ворота вступала армия оберландского маркграфа. На ветру победно реял синий стяг с серебряной змеей.

ГЛАВА 27

Дипольд все еще оставался на стене. Пожалуй, он один там сейчас и оставался. От глаз входящих в город оберландцев пфальцграф укрылся в тени пустующей ниши, где прежде — до его похода — стояла крупная бомбарда. Место оказалось удобным. Оставаясь невидимым для врага, Дипольд имел возможность наблюдать сверху, как паника… нет — ПАНИКА овладевала Нидербургом, будто стремительно распространяющийся пожар.

Улица за улицей, квартал за кварталом.

Только возле главных ворот, взломанных и павших царила тишина. В прочих же концах города метались люди, кони, брошенная скотина.