\

Ответил инквизитор:

— Вы ведь хотели доказательств, ваше высочество. Наглядных, убедительных и неопровержимых. Они сокрыты в этом черепе. И вы их получите. Нужно только надрезать рану.

С этими словами магистр протянул кронпринцу маленький, словно игрушечный, золоченый кинжал с серебряного подноса. Оружие негодное для битвы, но для определенных манипуляций («надрезать… рану…») подходящее идеально.

— Конечно, если вы брезгуете и не изволите лично…

Дипольд знаком остановил Геберхольда и взял кинжал из руки инквизитора. Нет, он не брезговал. Он изволил. Лично.

Самым кончиком отточенного, как бритва, клинка Дипольд провел по недозарубцевавшейся еще коже под левым глазом медвежьего барона. Только по коже, надрезая лишь ее. Сначала — меж щекой и нижним веком. Потом рассек свежий — широкий и распухший — шрам дальше — до виска, до уха. Слегка надавливая. Чуть-чуть.

Кожа на лице фон Швица расступилась, обнажив…

— Что это? — Дипольд склонился над подносом.

Его величество Карл Вассершлосский тоже подался вперед. Кайзер даже чуть привстал с трона, чтобы лучше видеть.

В загустевшей сукровице под вскрытым шрамом проступали грубые стежки толстой крепкой нити, вросшей в плоть.

— Шрам на лице всего лишь прикрытие, ваше высочество, — пояснил магистр. — Маскировка следов иной операции. Дальше и глубже должна быть еще одна рана. Видите, ее зашивали? Взрежьте шов. Вот здесь. И здесь.

Дипольд провел кинжалом в указанных местах, на этот раз сильнее вдавливая лезвие. Острие обо что-то отчетливо скрежетнуло. Нити и тонкий слой податливой плоти расползлись, раздались в сторону. Под левой глазницей открылась гладкая изогнутая металлическая пластина, имитирующая кость и уходящая куда-то под верхнюю скулу, под нос, под десну, под мышечные желваки за щекой.

— Выковырните металл, — посоветовал Геберхольд.

Дипольд разрезал щеку, кончиком кинжала подцепил пластину. Надавил…

Металл из кости вышел легко. Выпал из черепа, звякнул о поднос.

Что-то желеобразное, белесоватое и упругое выпирало теперь из зияющей дыры. Гной? Нет, не похоже. Что-то иное.

— Теперь позвольте мне, ваше высочество…

Вежливо отстранив кронпринца, магистр сам склонился над головой несчастного фон Швица. Геберхольд надавил пальцем на верхнее веко левого глаза. Глазное яблоко тут же ушло внутрь — словно провалилось в череп и…

И выдавило наружу другое. Третье.

Именно так! Мертвое правое око оставалось на месте, но из-под взрезанного шрама, словно яйцо из-под курицы, выкатился еще один левый глаз, не удерживаемый более металлической пластиной.

Тайный, сокрытый третий глаз медвежьего барона повис на пучке сосудиков и нервов, опутанных тончайшей проволокой.