\

Глаз холодный, чужой, чуждый, белесый и бесцветный, словно выпавший не из человеческого черепа, а из сосуда с неведомым алхимическим раствором."

"Геберхольд осторожно потянул вынутое глазное яблоко на себя. Из огромной дыры, соединявшей левую глазницу и рот фон Швица и уходившей невесть как глубоко за лицевые кости, с влажным хлюпаньем вывалился второй глаз — тот самый, что занимал положенное оку место в глазнице. По всей видимости — родной глаз несчастного Людвига. За этим глазным яблоком тоже тянулась паутина из сосудов, капилляров и проволоки, перемазанной сукровицей. Путаный хвост, насколько мог судить Дипольд, соединял два глаза друг с другом и терялся где-то под черепной коробкой.

Невероятно, но оба левых глаза были все еще живы. Оба чуть подрагивали от прикосновений, словно густой студень на ветру. И оба смотрели. На него. На кронпринца.

— Что?! — только и смог выговорить пораженный Дипольд. — Что это значит?!

— Все очень просто, ваше высочество, — негромко ответил инквизитор. — Бедняга Людвиг действительно попал под удар голема. Но, по-видимому, удар этот изначально был рассчитан на то, чтобы лишить его не жизни, а сознания. В бессознательном состоянии фон Швица доставили в магилабор-залу, где Лебиус провел над ним м-м-м… некоторые манипуляции. Затем барона вновь вывезли за стены оберландского замка, уложили на поле боя и, когда он очнулся, дали возможность бежать.

— Но что именно Лебиус сотворил с Людвигом? — спросил Дипольд. — Что он сделал с его глазом… глазами?

— Он всего лишь укрыл за левым глазом фон Швица другой — магиерский — глаз. Вполне разумно, кстати, с его стороны. Чужеродное око слишком заметно на человеческом лице. Вы ведь помните, как это было с Мартином, ваше высочество?

Дипольд молча кивнул. Он помнил…

— Лебиусу не нужно было, чтобы Людвиг вызывал подозрения. Ему нужно было беспрепятственно наблюдать…

— Но как?! — вскинулся Дипольд, прерывая инквизитора. — Если магиерское око спрятано за настоящим глазом Людвига — как наблюдать?!

— В этом нет ничего невероятного, — вздохнул Геберхольд. — Оба глазных яблока соединены особыми нитями, посредством которых один глаз способен видеть все, что видит другой. А уж то, что зрит магиерское око, доступно и глазам Лебиуса.

— И все же… — с сомнением пробормотал Дипольд. — Прятать два глаза в одной глазнице…

— Уверяю вас, ваше высочество, для опытного магиера возможно и не такое. Лебиус умудрялся вживлять человеческое око даже в птичий череп, а это гораздо сложнее. К тому же левая глазница фон Швица, как вы сами изволите видеть, изрядно расширена и углублена. Места в ней более чем достаточно, чтобы сделать фон Швица магиерским присмотрщиком, не подозревающим о своем предназначении.