\

— Нужны-нужны, знаю, что нужны. — Улыбающееся лицо сержанта, прилипшее к биноклю, было похоже на застывшую маску человека без глаз. — Трес-баллы нужны всем. Вот и настреляете сегодня выше крыши. По полной. В хуторе. Стрелять — это же лучше, чем быть подстреленным, да, Берест?

Что это? Тонкий намек на толстые обстоятельства. На очевидные и неодолимые?

— Ухо, — Борис исподлобья глянул в висок сержанта, — скажи, а к нам… ну… в наш хутор вы тоже приезжали за… ЗА ЭТИМ?

Ухо наконец отнял бинокль от лица. Встретился глазами с Борисом. Кивнул.

— Да, Берест. Ваш хутор мы оценивали и с этой точки зрения. Но к сожалению, он оказался нам не по зубам.

— К сожалению?!

— К сожалению для нас. А поскольку ты теперь один из нас, то и для тебя тоже. У вас в хуторе охрана — на высоте. У вас слишком много стволов и много людей. Пока…

Ах, пока?! Значит — пока?! Вот как значит?!

— Наша группа не настолько сильна, чтобы связываться с вашим хутором сейчас.

Сейчас — нет, а потом? Борис сверлил взглядом безмятежное лицо сержанта.

— Зато с этой деревенькой мы можем справиться уже сейчас.

— Но ведь… — Борис сглотнул. Он все еще не мог поверить в услышанное. — Ведь там нет диких, Ухо!

— Как посмотреть, — пожал плечами сержант. — По большому счету эти хуторяне уже живут как дикие.

— То есть? В смысле?

Ухо устало вздохнул:

— Вообще-то сейчас не самое подходящее время для ликбеза, ну да ладно… Ты, я вижу, парень сметливый, только попорченный малость провинциальными нравами.

Сомнительный комплимент. Борис смолчал. Проглотил…

— Ну, посуди сам, Берест, разве может эта дыра на отшибе производить какую-нибудь конкурентоспособную продукцию? — Сержант кивнул на хутор. — Тресов — готов биться об заклад — здесь раз-два и обчелся. Если они вообще есть. А себестоимость любого товара, который произведен не трудом тресов, возрастает на порядок. Отсутствие дешевой рабсилы ведет к неоправданному удорожанию продукта.

Все верно. Сержант озвучивал прописные истины. Конечно, тресы не такая уж дешевая рабсила, может возразить кто-то. Но это только на первый взгляд. Как бы дорого ни стоил раб, его бесплатный многолетний труд быстро и с лихвой окупит любые затраты. Пока, во всяком случае, окупает, даже несмотря на баснословные цены трес-рынка.

— То, что эти пейзане еще выращивают здесь, в лучшем случае идет на собственный прокорм, — продолжал Ухо. — В худшем — на подкормку диких. Конкурентоспособного хутора, способного удержаться в действующей торговой цепочке, больше нет. Есть банальное натуральное хозяйство… А если хуторяне и умудряются что-то продавать, в чем я лично сомневаюсь, то торговля у них копеечная. Так какой смысл в этом хуторке? Какая от него польза?

Борис промолчал.