\

Отлетел выбитый из паза магазин подствольника. Захлебывающийся калаш дернулся в сторону, выскользнул из рук чернявой.

Стрельба закончилась. Схватка — нет.

Девчонка ящерицей юркнула за оружием.

— Куда!

Борис щучкой нырнул под БТР. Схватил, поймал. Оттащил дикую от калаша. После недолгой возни перекатил на спину, навалился сверху, без малого не упираясь затылком в днище бронетранспортера. Подвеска У хэдхантерского БТР, конечно, высокая, но для двух человек, когда один лежит на другом, здесь все же было тесновато.

— Пусти, пятнистый! — прорычала девчонка, отчаянно под ним извиваясь.

Борис молча прижимал руки чернявой к земле.

О-о-одну руку. Вот так…

— Ты же ничего не понимаешь, дурень! — брызжа слюной, шипела она. На бледном лице исступленно вращались налитые кровью глаза.

Чернявую накрывал конкретный псих. И Борис не хотел ничего понимать.

Вто-о-о-рую…

— Да послушай же, идиота кусок!

И слушать тоже он ничего не желал. Прислушиваться к словам безбашенных истеричек, рвущихся к оружию, — себе дороже.

Чернявая выгнулась дугой. Рванула из захвата правую руку. Резко выбросила — как выстрелила — ладонь вверх.

Удар пришелся точно в подбородок.

Дернувшаяся голова стукнулась о днище БТР. Резкая боль в затылке. Искры из глаз…

Удержать под собой чернявую Борис не смог. Дикарка уже почти дотянулась до автомата. Еще секунда и…

Он почувствовал под рукой что-то жесткое, плоское. Сообразил — магазин! Магазин подствольника, сбитый с автомата!

Это было спасение.

Пальцы сами выщелкнули из рожка шприц-ампулу.

Автоматный ствол снова поворачивался к нему. Но…

Взмах. Удар. Со всей дури. Вместо пневматики ампуломета.

Так можно тоже.

Для этого подствольник не нужен.

Короткая зазубренная игла вошла чернявой в ляжку. Фиксатор сломался. Шприц сработал.

Готово! Парализатор впрыснут.

Извини, подруга…

— Ай, хороша, сучка! — оскалился Стольник, заглядывая под бронетранспортер. — Отчаянная девчонка! Боевая! За такую колизейским придется заплатить по повышенному тарифу!

Насколько повышенному, Борис не знал. Но, вероятно, очень повышенному.

Лицо взводного аж светилось. Казалось, все происшедшее доставило ему несказанное удовольствие. Борис подумал о том, что Стольник так и не отдал приказа стрелять по чернявой боевыми."

"— Вылазь, Берест! — обратился взводный к нему.

Борис выбрался из-под машины. Голова еще гудела.

Два хэда вытащили чернявую — парализованную, согнутую, словно кривая коряга. На кулак дикой намотался автоматный ремень. Калаш с одним рожком волочился следом.

— Хорошо справился, охотник, — похвалил Стольник. — Можешь приписать на свой счет три балла.

Хорошо? Борис огляделся. Может быть, он справился и хорошо… Только не все это оценят.