\

Так чей же тогда это будет шанс?

— В контейнер можно лечь вдвоем, — не прекращая работы, ответила она. — Если потесниться, то получится. Наверное…

Ага, и если один не обманет другого.

Огненные капли все падали и падали на гроб и возле гроба. Начал тлеть костюм покойника. Задымился мусор под ногами чернявой.

— Эй, осторожнее! — забеспокоился Стольник. Подавшись вперед, он угрожающе поднял пульт. — Пожар мне тут не нужен. Я кому ска…"

"Оглушительный металлический лязг грянул сверху, словно залп крупного калибра. Как и предупреждала чернявая, разом задвинулись все люки.

Для Стольника это было полной неожиданностью. Вскинув голову и бросив пульт, он схватился за автомат. Дернул стволом вверх. Мазнул лучом фонаря по сводам. Отвлекся…

Вот чего ждала трéска! Взмах, бросок. Огненный факел, разбрызгивая шипящие искры, полетел в голову бывшему хэду. Сразу же вслед за факелом прыгнула и сама девчонка.

Стольник вскрикнул. Полоснул очередью навскидку, вслепую.

Чернявая крутнулась юлой, упала.

Но к бывшему взводному хэдхантерской группы уже метнулся Борис.

Пули просвистели чуть левее, взрыхлили мусор под его ногами.

Не задели!

Удар под цевье, подсечка.

Калаш в руках Стольника подбросило вверх. Сам бывший хэд опрокинулся навзничь. Обожженное лицо, опаленные брови, на лбу и на щеках — темный крап от расплавленного пластика. Злющий взгляд.

Хэд не сумел дать отпор, пока была такая возможность. А теперь — все, теперь — уже поздно. Борис перехватил выпавший автомат. Сразу, без раздумий и сомнений, нажал на спусковой курок. Саданул короткой очередью в упор.

На мусорные развалы брызнула горячая кровь.

А чернявая?! Что она? Уже наученный горьким опытом, Борис обернулся с автоматом на изготовку. Темно! Ничего не видно. Нагнувшись, он поднял фонарь Стольника.

Нет, трéска опасности не представляла. Девчонка сидела на мусорной куче, схватившись за плечо. Лицо ее было бледным. По рукаву растекалось темное пятно.

Борис, не опуская автомата, подошел ближе.

— Что? — злобно зыркнула она. — Добьешь, пятнистый?

Борис скривился. Ну какой он, на хрен, пятнистый?! Сейчас-то?!

Где-то вдали, в глубинах коллектора, послышался нарастающий гул.

— Ну, валяй! — бросила ему в лицо чернявая. — Стреляй! Поторопись. Волна уже идет.

Так значит, уже? Идет, значит?

Он отстегнул автоматный ремень. Присел рядом. Наспех затянул ремнем простреленную руку девушки. Завязал, как мог. Не ахти какой жгут, конечно, но на первое время сойдет.

— Ты сказала, что в контейнер поместятся двое. А смогут ли двое выбраться из коллектора живыми?

Она усмехнулась:

— В одном гробу? Не знаю. Вдвоем я еще не пробовала.

Гул приближался. Она смотрела ему в глаза.