\

Целовать-то он будет в губы. А все остальное… Денис чувствовал, что все остальное не важно. Перепачканные озябшие руки уже настырно лезли под одежду. Руки ощущали тепло разгоряченного тела.

Ирина вся аж выгнулась ему навстречу. Потом напряглась. Затряслась. Мелкая-мелкая дрожь – по всему телу. Словно Ночка сопротивлялась чему-то. Чему? Зачем? Томно прикрытые глаза девушки вдруг распахнулись. Широко-широко. И начали… Закатываться начали!

Что…

Громкий крик, переходящий в пронзительный визг.

…с ней…

Скорее, крик боли, чем удовольствия. И вряд ли это бурный оргазм от единственного поцелуя.

…происходит?

Нет, оргазма не было. Был толчок, сваливший Дениса на землю. И Ирина с автоматом орга в руках. Теперь глаза ее смотрели прямо. На Дениса. И не выражали ни радости, ни любви, ни облегчения, ни страха. Они вообще ничего не выражали. И мало чем отличались от черноты стволов «Вурдалака». Которые тоже смотрели прямо. На Дениса. И тоже ничего не выражали."

"Ночка знала, как держать оружие. Элитных секретарш и правда многому учили.

«Автомат, лишенный „идеала"", – вещь непредсказуемая, – подумал Денис. – Ирина Нестерова, секретарь-референт первого класса, рабочий материал третьего уровня – тоже».

Он успел посмотреть вверх. Густые черные клочья снова заволакивали небо. Со стороны города, со стороны уничтоженного полигона «Р-1» опять пахнуло гарью. Значит, ветер, отгонявший дым, стих. Или изменил направление.

Потом Ночка нажала на курок. И раздался…

* * *

«К-щик!»

Царапнувший по душе, по сердцу звук показался ему громче любого выстрела. Но выстрела не было.

Щелчок холостого спуска.

Секундное замешательство…

Денис чуть приподнялся. Еще один безрезультатный щелчок – нет, это уже не случайная осечка. Это – пустой магазин.

И снова – «Кщик»! «Кщик!» «Кщик!»

Потом Ирина попыталась пальнуть из надствольника. Хотя бить гранатой с такого расстояния – практически в упор – верная смерть и для стрелка тоже. Но попыталась. Дважды попыталась. Трижды…

«Вурдалак» отозвался недовольно-глухим пыхтением разряженного гранатомета.

Орг подоспел, когда Ирина размахивалась прикладом. Бывший гвардеец и группировщик перехватил оружие, повалил девушку. А вот удержать ее оказалось непросто. Даже вдвоем.

Если бы не помощь Юлы…

Пены изо рта хватило, чтобы перепачкать всех.

Ночка билась в судорогах, Ночка выла смертельно раненной волчицей. Ужасное зрелище! Денис и не предполагал, насколько сильно может меняться внешность человека, впавшего в исступление. Но бессильная ярость утомляет, как ничто другое.

И все же минут пять это длилось. Триста бесконечно-долгих секунд помешательства. Расчетное время действия поведенческой рефлекс-программы…

Ночка затихла.

Отпустить девушку они рискнули не сразу.