\

– Я не был уверен, что кто-нибудь выживет после бомбардировки, – группировщик не отвел взгляда. – И сейчас тоже… Не уверен, что кто-то выжил. А свихнуться от одиночества на городском пепелище, вокруг которого бродят дикари-людоеды, – не самая приятная перспектива.

Денис оглянулся на дымящиеся руины. Да уж, не самая…

– Мне жаль, – почему-то добавил орг.

Денис вздохнул. Ладно, проехали. Каким бы ты крутым паханом ни был раньше, сейчас все мы на равных. И тебе, Колян, придется это принять, если ты действительно не хочешь остаться один."

"Денис посмотрел на Ночку. Вспомнились ее пустые глаза. И руки, уверенно держащие оружие. И как оглушительно щелкал курок. И как втроем они вдавливали брызжущую пеной Ирину в грязь.

Да уж… Отныне и впредь он и она будут всячески избегать близости друг с другом. Жизнь, показавшаяся на краткий миг такой свежей, такой новой, такой восхитительно-прекрасной, снова пахла гарью и тленом.

Денис поднял автомат с земли. И, размахнувшись, забросил «Вурдалака» в овраг. Подальше.

Хороший получился бросок. Возможно, от избытка чувств, а может быть, в бывшем операторе наружки просто пропадал прирожденный метатель ненужных вещей.

– От него теперь все равно мало толку, – тихо сказал Денис.

Ночка всхлипывала.

Утешать ее пришлось долго.

Эпилог

…Славный у них был дом.

Посреди сгоревшего Старого кладбища.

На базе «Мертвого рая».

Прямое попадание комбинированной боеголовки ракеты «земля-воздух» кассетного типа выжгло кожинский бункер изнутри. Поплавилось и смешалось воедино стекло и бетон. Металлические перегородки коридоров полопались и спеклись друг с другом заново. Намертво сварились с косяками бронированная дверь и гаражные ворота. Лопнул пол из прозрачного пластика, а огненный поток, схлынув вниз, опалил и прожег арену, где «рабочий материал» послушно выполнял команды операторов. Где мертвые убивали живых.

Сгорели гробы-контейнеры. Сгорел компьютер в стеклянном аквариуме. Сгорел сам аквариум. Сгорел мертвец, носивший когда-то фамилию Воронов, и очнувшийся от беспамятства смерти после просмотра записи о себе живом. Сгорела впечатанная пулями и гранатными разрывами в стену и пол Славкина могила под матовой пленкой.

Сгорело все. Ну, почти все.

Славный, в общем, домик…

Теперь бункер был другим. Стерильно чистым, отмытым, отдраенным. Беспощадным очищающим пламенем.

И все же по иронии судьбы-зубоскалки, кладбищенская база «Мертвого рая» оказалась вполне пригодной для жизни. Под спаленным гаражным ангаром обнаружился даже уцелевший медблок с медикаментами. А в складах на нижнем уровне – целые залежи продовольствия.