\

Виктор промолчал. Вообще-то верить Сказителям стоит не всегда. Что в их былинах сказка, а что правда уже и не разберешь.

Китайский купец заговорил снова.

— Сейчас наша, — Ся-цзы кивнул на своих охранников, — развязывать ноги ваша, выводить ваша на улица и прицеплять к цепь африка-человек, — еще один кивок — в сторону черного африканца. — Кто шуметь и сопротивляться — больно-больно получать плетка.

Все было предельно ясно.

Китайцы приступили к работе. Действовали они быстро, но осторожно. Развязывали путы на ногах, затем поднимали пленников и одного за другим волокли на улицу. Тех, кто еще не очнулся, вытаскивали, даже не развязывая.

Когда взялись за Костоправа, тот яростно зарычал сквозь кляп, брыкнулся, рванулся из рук китайцев. К непокорному пленнику тут же подскочил африканец и принялся жестоко избивать лекаря плетью.

— Не дергайся, Костоправ! — скрепя сердце крикнул Виктор. — Делай, что велят! Побереги здоровье!

И посоветовал А-Ка:

— Ты тоже не сопротивляйся. Пока смысла нет."

"Бежать сейчас не было никакой возможности. Следовало дождаться более подходящего момента. А дожидаться своего шанса на побег лучше не покалеченным и полным сил.

Во дворе постоялого двора на каждого пленника надели ошейник с массивным замком, пристегивающимся к длинной прочной цепи. Люди в оковах вели себя по-разному. Кто-то угрюмо молчал, кто-то не скрывал слез. А кто-то вообще еще не очнулся и не знал пока, какое испытание приготовила ему злодейка-судьба.

Глава 19

Из портовых кварталов их вывели на мол. На самом его конце, неподалеку от башенки мешка, у деревянного причала покачивалась на легкой волне длинная африканская галера.

По пружинящему трапу с высокими ограждениями горластые чернокожие надсмотрщики загнали пленников на судно. Здесь живой товар тормознули. Команда африканских работорговцев разбиралась с другой партией невольников. Возле открытого люка в дощатой палубе рабам развязывали руки, но от общей цепи не отстегивали. Так — скованных — и спускали в трюм. Того, кто пытался сопротивляться, жестоко избивали и спихивали вниз вместе со всеми.

Возникшая заминка у трюма дала возможность осмотреться. Виктор завертел головой.

Судно готовилось к отплытию. Вдоль бортов на скамьях по два человека в ряд сидели гребцы со сгорбленными спинами и погасшими глазами. Судя по ошейникам и коротким цепям, которыми гребцы были прикованы к тяжелым веслам, эти несчастные тоже являлись рабами. На их обнаженных, обгоревших от солнца спинах виднелись шрамы от старых, зарубцевавшихся ран и свежие, незатянувшиеся еще и кровоточащие следы от плетей.

На веслах сидели представители разных рас и народов. Светловолосые, темноволосые, белокожие, желтокожие, с бронзовым и темно-коричневым оттенком кожи.