《Гойда》 (оригинал с Фикбука, слэш)

Мало кто ведал, отчего переменился владыка – ибо накануне паче прочих ратовал за славные гуляния. Нынче же бессонная ночь, али иная скорбь, окутывала сердце владыки.

Иоанн оглядывал застолие, и пущай на устах царских оставалась улыбка, уж больно недоброй она была. Взор очей царских горел тем же огнём, какой воспылал в них накануне жестокой расправы, лютой казни, но никак не на пиру.

Фёдор заметил ту перемену – ещё накануне свадьбы Иоанн был беспечен, как казалось юному жениху – слишком беспечен, коли речь заходила о грядущем торжестве.

- И чего ж царю неймётся-то? – спросил Малюта, обратившись к Вяземскому.

Афанасий утёр усы, поглядывая в сторону государя.

Не слышали опричники, о чём толкует владыка с Сицким князем, да видели, как Иоанн скоро перебирает чётки – то верный признак, что нынче владыка ох и в прескверном же расположении духа.

Афанасий украдкой глянул в сторону новобрачных. К Фёдору склонился дружка его, немец, да что-то нашёптывал ему. Басманов же, внимая сказу Генриха, иной раз нет-нет, да и поглядывал на царя.

А меж тем и перевалило за полдень. К Басману-отцу подошёл один из конюших, что ждали снаружи.

Вечеряющие тени протянулись полозом по земле, когда гулянья перешли в поместье Басмановых. Путь неблизкий лежал – дорога отняла порядка нескольких часов. Будь толпа пособраннее, да чего греха таить – не столь уж выпившей, верно, быстрее добрались, но нынче уж как есть.

Крестьянские вместе с хозяйкою-барыней, Светланой Александровной уж ожидали, как нагрянет.

Фёдор помог спешиться невесте, взводя её на крыльцо. Варвара подняла кроткий взор на свекровь. В матери Фёдора угадывала она черты супруга своего – брови соболиные, гнутые, нравные. Бела лицом Светлана, да волосы черны как смоль – едва и выбились пара прядей из-под расшитого платка. Женщина она была видной что ныне, в годах жатной осени своей, что двадцать лет тому назад, когда просватана была да отдана за Алексея Даниловича.

Взгляд у барыни был холодный, пронзительный. Юной невестке сразу сделалось не по себе.

- Экую ж ухватил! – громыхнул голос Басмана-отца.

Алексей взошёл на крыльцо, опершись рукой о перила, да оглядел жену, залюбовался. Свекровь благословила молодых.

Гуляния продолжились во дворе – никому не охота была заходить в терем, покуда такое раздолье!

Государя, верно, и впрямь ожидали на свадьбе, ибо было уготовано особое место, притом не лишь для Иоанна, но и для царицы, и для царевичей.