《Гойда》 (оригинал с Фикбука, слэш)

Занял место своё владыка, так подле него особые слуги и прислуживали, у коих не было боле никакого поручения.

Сам же великий князь, не переменявший скромного своего одеяния, верно, вовсе и не примечал холопов, что с замираньем сердца бдели, кабы волю царскую исполнить. Много боле занимался Иоанн, внимая песни юного Басманова.

В поместье держались гусли, едва ль уступающие тем, что бренчали на царских пирах. Фёдор затевал простецкие песни, чтобы уж что братия, что друзья Сицких могли подхватить, и всяко Иоанн внимал лишь одному голосу. И то не было столь уж сложно для владыки – пьяные басистые раскаты будто вовсе меркли, стоило Фёдору раскрыться да распеться.

Притом, плясали и девицы из крестьянских. Ко свадьбедному застолию сыскали самых ладные да бойких на пляски. Фёдор же с лихой удалью кружился в ихних хороводах, и сам пребойко подыгрывал, да распевался с ними.

- Вдоль деревньки реченька течёт,

Чёрны волны плескаются,

Вдоль деревеньки, вдоли родной

течёт, течёт, да не кончается.

Душенька мятежная лишь о нём поёт,"

"Лишь о нём поёт, да он всё не явится.

Душенька мятежная лишь о нём поёт,

Лишь о нём поёт, да он всё не явится.

Над печалью моей, над тоскою,

Да над горем моим, горем горьким,

Плачут ивы млады над рекою.

Плескаются волны звонки.

Милый мой, ненаглядный,

Сколько зим, сколько лет минёт?

Милый мой, нежный, добрый, славный,

Лишь о тебе моя душенька поёт,

Что же ты ко мне всё не явишься?

Лишь о тебе моя душенька поёт,

Что же ты ко мне всё не явишься?

Али ночью тёмной, али ночью лютой

Ты в лесу дремучем уж забродил?

Али нож разбойничий, али нож лукавый

Сердце твоё пылкое подло поразил?

Лишь о тебе моя душенька поёт,

О тебе все печали и скорби.

Верю-уповаю, милый мой придёт,

Что же ты ко мне всё не явишься?

Верю-уповаю, милый мой придёт,

Что же ты ко мне всё не явишься?

Холопы, приставленные к государю, уж и впрямь тревожились – али они чего не так служат? Отчего лик царский всё делается суровее, грознее? Отчего нелюдимость его да безмолвность разрезается резкими возгласами, славящими новобрачных, а затем вновь царь делался угрюмее, нежели был до сих пор.

Премного гостей пировали за столом, и премного из них отошли, растянув гуляние по всему раскинутому по реке поместью.

Уж осень стояла, так что не за купанием сбрелись нынче мужики. Поснимали рубахи, да вымазались свиным жиром, чтобы врагу сложнее ухватить было. Алёна уж здесь была с прочими холопами, растирая спину и грудь Штадена. Генрих уж стягивал руки грубой тряпицею, готовясь к кулачному бою.

- С Богом, Андрюш.