Я куплю тебе новую жизнь

Куда бы я ни пошел, она везде со мной, – рука парня опустилась вниз, остановилась напротив груди и, раскачиваясь, гоняла воздух вверх-вниз: – А когда ее вижу… что-то обрывается внутри. Каждый раз я, словно объятый пламенем…– выдохнул Егор, тяжело сглатывая. Запрокинул голову высоко вверх. Каждый мускул на его лице задрожал, не справляясь с охватившими эмоциями. – Я, на хр*н, терплю сокрушительное поражение, тренер! И ничего не могу с этим поделать!

Щукин, не мигая, смотрел на парня. Никогда не думал, что увидит что-то подобное. Его сильный, непрогибаемый боец влюбился.

Уж не знал Натаныч, горевать вместе с парнем или все-таки радоваться.

Его старое сердце барахлило, испытывая неопределенные, запутанные эмоции.

Щукин уронил слезу. И не одну. За них двоих, скатилась пара-тройка. Пока продвигался к Егору, пытался незаметно их стереть. К счастью, парень ничего не замечал вокруг. Прислонился к шкафчикам, съехал по ним вниз, опускаясь на пол. Щукин примостился рядом. Сжал плечо Егора в скупом, подбадривающем жесте. Впервые за долгие годы не знал толком, что ему сказать.

– Наверное, я не имею права давать советы в подобных делах.

Может, ты и не ждешь их, – Натаныч сдавленно хохотнул, стискивая плечо Егора чуть сильнее. – Ты ведь ненавидишь, когда я лезу с советами. Скажу только, что женщина для боксера может стать как погибелью, так и опорой.

– За*бись, выбор, тренер! Только пойми сразу, я не рассматриваю эту ситуацию серьезно. Я не стою на перекрестке, Натаныч! Я не раздумываю! Совершенно точно то, что я не собираюсь с ней сближаться! Перетерплю!

Щукин помолчал, пока Аравин прикуривал новую сигарету, затем осторожно выдал свои мысли:

– Иногда наш выбор напрямую от нас самих не зависит.

– От кого тогда, бл*дь, если не от нас? – выдыхая густую струю дыма, вспылил Егор. – Ты понимаешь, что я не только за себя… за нас двоих отвечаю? Ей семнадцать и… Мои инстинкты, желания – безумные… Я быстрее руку себе оторву, чем причиню ей вред!

Эти слова заставили заскорузлую душу Щукина всколыхнуться от далеких воспоминаний. Едкая горечь охватила его.

– Делай, как знаешь, – легко согласился тренер. – Только будь готов, может случиться так, что не она тебя сломает, а запоздалое сожалению.

Аравин посмотрел на него, словно на слабоумного.

– Бл*дь, Натаныч, ты не обижайся, но от твоих советов… нихр*на не легче!

– Ты самый сильный человек, которого я когда-либо встречал, сынок, – с непоколебимой верой произнес тренер. – И ты сам справишься, я уверен.

Глава 20

В те минуты, когда ты рядом – я живой...

© гр. «Та сторона»

Время лечит. Оно притупляет любые чувства и эмоции. Это избытый факт. Так должно быть. Но... Добро пожаловать, в преисподнюю. В зону его личного беспредела.

Спустя месяц Аравин все еще не мог сказать, что свободен.