Игра нипочём

Тот с техникой не работает, больше надеется на себя. И, в общем, правильно делает…

Когда они уже шагали по асфальту, на берегу залива грохнуло, и неслабо. Техника не подвела.

– Странная штука жизнь, – задумалась Бьянка. – Лодка наша была создана плавать, но отправилась на небо. А вертолет, рождённый летать, кончил на дне.

Песцов промолчал. Он тщетно пытался переварить увиденное. А ведь и вправду лимон зелёных за ту коробочку было не жалко. И даже жизнь положить. Маленький осколок, вроде тьфу, а что творит! Что же тогда могло натворить целое зеркало?..

Они шли по прогулочной дорожке, что тянется в этих местах между шоссе и заборами санаториев, санаториев, санаториев.

У ворот одного из пансионатов стоял чёрный «Рено». Когда Бьянка уверенно подошла к автомобилю и вытащила из кармана ключи, уставший удивляться Песцов воспринял это почти как должное.

Прощай по второму разу, Курортный район, прощай, «Кипарис» и милая Вера… У въезда в Ольгино «Рено» нарвался на радар. Его уверенно держала бескомпромиссная рука грозного стража дорог.

– Инспектор дэпээс обэ дэпээс гибэдэдэ гувэдэ старший прапорщик Козодоев! – страшно рявкнул он.

 – Документы!

Эх, знал бы он, что уготовила ему судьбина, не стал бы он тормозить этот «Рено». Более того, он грудью перекрыл бы движение, дал бы этому «Рено» зелёный свет и сам поехал бы впереди с мигалками и сиреной…

– Документы? – удивилась Бьянка, приоткрывая окно. – А я думала, телефончик у меня хотите спросить…

При этом глаза её странно сузились, взгляд сделался острым, как толедский клинок, и бедный страж закона вдруг почувствовал себя плохо. Да не просто плохо, а так, что перед глазами поплыли дымные клочья. В животе заворочался ком, кишки превратились в брачующийся гадюшник… И всё его содержимое дружно попросилось наружу.

Да так, что не осталось ни мыслей, ни желаний, ни забот, ни стремления послужить отчизне и президенту – лишь одна могучая, до одури земная потребность.

«Господи, Господи, что же делать-то, Господи…» Собственно, что надо делать, было предельно ясно. Но как? Пешеходы, автомобили, движение… А главное, должен с минуты на минуту проследовать с дачи Николай Фёдорович. И Боже упаси попасть впросак, не отдать ему честь. Заметит, запомнит, не простит…

– Господи, Господи, спаси, сохрани, – уже вслух застонал Козодоев.

 – Приснодева, Матушка, Заступница, не выдай, помоги…

А Бьянка и Песцов были уже далеко. Чёрный, жуткого дизайна «Рено» мчал их к Ладожскому вокзалу. Беглецов ждали перрон, поезд, боковые места в плацкартном вагоне и не такая чтобы уж дальняя, но дорога вперёд. А вот дороги назад у них не было. Все мосты сожжены.

Варенцова. В деревню, в глушь, в Пещёрку…

– Привет, Оксана. – Генерал включил защиту, встал, лично надавил на кнопочку электрочайника.