Иранская мина

Потерев руками лицо, он откинулся на спинку стула и устало спросил: – Ну, с чем пришел? Проблемы? Хочешь поговорить, посоветоваться? Валяй.

Это чисто русское «валяй», которое Смолл где-то подхватил в русской среде, очень располагало к разговору начистоту. Да и ситуация складывалась таким образом, что сотрудничать надо было в любом случае. Только вместе можно добиться успеха, очистить порты и маршрут от немецких разведчиков и диверсантов, обезопасить и маршрут, и порт, да и столицу тоже, если уж говорить по большому счету.

– Слушай, Юджин, у тебя по твоей линии нет информации о происшествиях на трассе перегона?

– На трассе перегона? – переспросил Смолл и задумался.

Наверняка он сейчас решал, стоило ли делиться с русским информацией, есть ли от этого польза и погладят ли его за это по голове начальники. – Были, и не очень приятные. Ты хочешь знать, не активизировалась ли немецкая агентура в связи с конференцией в Тегеране? У меня есть ощущение, что активизировалась. Меньше месяца назад мы нашли тайник на трассе недалеко от Месири.

Американец склонился над картой, взял карандаш и, поиграв им в пальцах, показал на карте место.

Но Коган уже знал, где это. После того как Погорелов рассказал ему о том, что передавал посылки сестре Зухры в районе источника в Месири, он тоже поискал это место на карте. Смолл посмотрел на русского и понял, что у того тоже есть что добавить по этому вопросу.

– Что за тайник? – поинтересовался Коган. – Рация, оружие?

– Хуже, Борис, намного хуже! Взрывчатка, и довольно много. Вполне можно взорвать половину вашей колонны, а можно мост севернее Месири или тоннель. Там была взрывчатка в фабричной упаковке европейских заводов и несколько артиллерийских корабельных снарядов большого калибра.

Снаряды немецкие, с какого-нибудь линкора. Мы нашли их случайно и постарались все сделать так, чтобы диверсанты не узнали об этом. Устроили засаду, но никто так и не явился. Видимо, мы все же спугнули их.

– Это первая серьезная попытка сорвать транспортировку грузов по южному маршруту, – почесав в затылке, констатировал Коган. – У нас раньше не фиксировалось таких масштабов подготовки диверсий. Какого черта надо затевать операцию на трассе, когда в столице идут переговоры? Не случайное ли это совпадение?

– А кто сказал, что диверсию хотели провести на трассе перегона? – вдруг спросил Смолл.

– Та-ак, – протянул Коган, прищурившись и разглядывая американца. – Час от часу не легче. Значит, ты не исключаешь, что тайник создан как промежуточный и просто для сбора взрывчатки, а взрыв мог готовиться в другом месте? Значит, там, в районе Месири, просто удобно сгружать и прятать взрывчатку. Ее же тоже везли на машинах.

– Молодец, – невесело усмехнулся Смолл. – Догадался.