Избранные произведения. I том [компиляция]

А полагаю, князь, именно это вы и имели в виду.

— Я хочу сделаться королем. Чтобы я мог им стать, отец мой должен перестать им быть. А братья мои — выпасть из линии наследования.

— Цареубийство плюс братоубийство. Нет, ваше высочество. Я вынужден отказать. Сожалею.

— Неправда, — рявкнул из тени королевич. — Не сожалеешь. Пока еще нет. Но пожалеешь, обещаю.

— Вам, князь, надо бы принять к сведению, что попытки пригрозить мне смертью обычно ничем не заканчиваются.

— А кто здесь говорит о смерти? Я — принц и князь, не убийца. Я говорю о выборе. Моя милость — или моя немилость.

Сделаешь, чего желаю — будешь наслаждаться моей милостью. А она, поверь, тебе крайне необходима. Особливо нынче, когда ожидают тебя процесс и приговор за финансовые выкрутасы. Несколько ближайших лет, могу обещать, проведешь у галерного весла. Ты ведь, кажется, уже думаешь, что сумел вывернуться? Что дело твое закрыто, что ведьма Нейд, каприза ради затащившая тебя в постель, отзовет обвинение — и все закончится? Ошибаешься. Альберт Смулька, жупан из Ансегиса, подписал признания. И эти признания тебя утопят.

— Эти признания — ложны.

— Непросто будет сие доказать.

— Доказывать нужно вину. Не невиновность.

— Хорошая шутка. Действительно смешная. Но я на твоем месте не стал бы смеяться. Взгляни-ка сюда. Это, — принц бросил на стол связку бумаг, — документы. Подписанные признания, показания свидетелей. Местность Цизмар, нанятый ведьмак, убитая левкрота. Счет на семьдесят крон, в реальности назначено пятьдесят пять, что сверх — разделено с местным урядником. Сельцо Сотонин, гигантский паук. Убитый, согласно бумагам, за девяносто, фактически же, по показаниям войта, за шестьдесят пять.

В Тибергене убита гарпия, насчитано сто крон, в реальности назначено семьдесят. И твои более ранние увертки да мухлежи: вампир из замка Петрельштейн, которого вообще не было, а обошелся он бургграфу в круглых тысячу оренов. Волкулак из Гуаамеза, за сто крон якобы расколдованный и магически разоборотниченный, дело куда как подозрительное, поскольку что-то дешево за такое расколдовывание. Эхинопс или, скорее, нечто, что ты принес старосте из Мартинделькампо и назвал эхинопсом. Гули с кладбища в местности Зграгген, которые стоили общине восемьдесят крон, хотя никто не видывал трупов, поскольку оказались они сожраны, ха-ха, другими гулями. Что ты ответишь на это, ведьмак? Это ведь доказательства."

"— Господин князь ошибается, — спокойно возразил Геральт. — Это не доказательства. Это фальсифицированные наговоры, к тому же фальсифицированные неумело. Меня никогда не нанимали в Тибергене. О сельце Сотонин я слыхом не слыхивал. А потому все счета оттуда — явные фальшивки, и доказать это будет несложно.