Король Драконов: сильнее смерти

У лесной девчонки были просто невероятной красоты стройные ножки, с изящными, тонкими — тоньше его запястий, — словно выточенными из слоновой кости лодыжками, с крохотными красивыми ступнями — это Демьен обнаружил, изумленно меряя их ладонью, поглаживая маленькие теплые пальчики.

— Ну и ну, — шепнул он, осторожными щипкам спуская толстые чулки с ноги Ежинки и обнаруживая под ними гладкую и белую, как сахар, кожу. — Ты не родственница ли Золушки? Держу пари, что и она проиграла б тебе в битве за принца!

— Ой, нет! — взвизгнула Ежинка, попытавшись натянуть на коленки ветхую юбку, но Король не позволил сделать этого.

— Стой, — произнес Демьен, обхватив смущенную Ежинку за коленки и глянув в ее перепуганные глаза. — Я хочу всего лишь глянуть. Я не причиню тебе вреда. Это же я, твой Король. Отчего ты не веришь мне?

И он решительно поднял юбку выше, разглядывая ножки девушки.

В чем, в чем, а в красоте женских ног Демьен был знаток. За срок своего недолгого правления он перевидал их много — и нечаянно, и нарочно, и подглядывая, и вынужденный наблюдать их демонстрацию.

Он надевал бессчетное количество утерянных туфель, он сжимал множество пяточек — маленьких, приятных и круглых, и не очень… Но никогда в его руках не оказывались такие прекрасные, совершенные, стройные и безупречные ступни, как те, что были у лесной девчонки, что носила растоптанные страшные башмаки. Ножка Ежинки покоилась в его ладони, крохотная и восхитительная, и Демьен с трудом подавил в себе вдруг вспыхнувшее желание припасть губами к ее совершенной тонкости и белизне.

— Ваше Величество, — пропищала несчастная Ежинка, сгорая от стыда, глядя, как он в изумлении поглаживает ее пальчики, — не смущайте бедную девушку… Зачем это… я рождена в лесу, здесь моя жизнь пройдет. Среди деревьев, зайцев, трав и корешков… не вселяйте в мое сердечко надежду, не надо!

— Надежду на что? — произнес Демьен порывисто, поднявшись с колен и внимательно всматриваясь в умоляющие глазки девушки. — На что ты надеешься, лесной эльф? Расскажи мне?

Его ладони теперь осторожно поглаживали колени лесной девчонки, и Ежинка даже отпрянула, стягивая на груди жилетку, встретившись с горящим взглядом Короля.

— Надежду на то, — еле понятно проговорила Ежинка, ощущая на своих губах дыхание Короля, — что однажды явится рыцарь и заберет меня с собой, полюбит меня такой, какая я есть — некрасивой и смешной… и я познаю счастье любви. Об этом мечтает каждая девушка. Разве вы не знаете, Ваше Величество?"

"— Но ты не некрасивая, — с напором произнес Король.