Кубанский огонь

Между тостами успели выработать текст приветственных им телеграмм.

В заключение Бабыч жахнул «за здоровье смелых предпринимателей, положивших свою долю в вопрос развития Кубанской области», а заодно приплел и здоровье горных инженеров, включая Юшкина. После этого гости разошлись. Главные тузы уехали в ресторан, продолжить праздник в узком кругу.

Всего этого Лыков не видел, поскольку ушел вскоре после того, как первая нефть зажурчала в трубе. Перед этим он успел протолкаться к генерал-лейтенанту. Тот стоял у подножья бака и с наслаждением внимал булькающим звукам.

– Михаил Павлович, помогите мне поговорить с Гукасовым. К нему есть вопросы.

– Давайте уж не сейчас, – возмутился начальник области.

– Потом он уедет.

– Павел Осипович отъезжает в четверть десятого во Владикавказ. Будьте на вокзале к девяти, я предупрежу его о вашей просьбе.

– Спасибо.

Можно было уходить: на Посполитакинской скучал в одиночестве Азвестопуло. Статский советник медленно обошел нефтяной поселок, подивился огромным вложениям. Похоже, дело и впрямь выгодное, если такие расходы и окупаются… Может, приобрести ценные бумаги самых надежных обществ? Вот только как узнать, какие из них надежные? Сергей передал ему слова своего пятиюродного дяди про мыльный пузырь.

До отъезда Гукасова сыщики успели обсудить дальнейшие действия. Нужно как следует потрясти Шепеля. Ему устроили очную ставку с Цуком Кайтлесовым: не он ли вез диверсантов в Ширванскую? Туземец сказал, что тот кучер был и выше, и толще.

Шепель оказался разговорчивым. Ему не хотелось возвращаться на каторгу, и детина был не прочь посидеть в подследственной тюрьме, пока тянется дознание.

Еще решили подсадить к арестованным людям погибшего Семафора осведомителя. Без атамана эти ребята быстро раскиснут и начнут болтать. Лыкова особенно интересовал Рыжий, сообщник Вариводы. Вдруг он известен разбойникам? Между двумя бандами была связь – чем черт не шутит?

Ровно в девять вечера Алексей Николаевич вошел в вокзальный буфет первого класса. Магнат сидел в одиночестве и пил шампанское. Сыщик направился к нему, но уперся в огромного носатого армянина.

– Ты куда? Туда нельзя, большой человек тебя не звал.

Фамильярность охранника рассердила питерца. Он задрал голову (армянин был выше его на пять вершков) и сказал:

– Нос семерым рос, а одному достался.

– Чего?

– Того. Скажи хозяину: пришел Лыков."

"Вскоре они уже сидели друг напротив друга. Гукасов заговорил первый:

– У меня всего десять минут.

– Мы успеем. Кто такой Твиди?

– Георг Твиди? Крупный нефтяной делец.