Кубанский огонь

Когда по его следу пустились полицейские, он стал стрелять. Гудзь, бежавший первым, получил пулю в грудь. Азвестопуло отпрянул, но его тоже задело в плечо, правда, по касательной. Тут сбоку выскочил Лыков и всадил в бандита четыре заряда.

Первым делом сыщики попытались спасти урядника. Лыков перевязал его и сумел остановить кровь. Однако, когда стражники привели заспанного станичного фельдшера, Гудзь уже скончался…

Разозленные полицейские перевернули хутор вверх дном. В летней кухне они нашли трех оборванцев без документов. По виду это были обычные байгуши. Но при них обнаружили большую коробку с кокаиновым порошком.

Похоже, нефтяная горячка принесла в казачью станицу не только телефон и электричество, но и дурные наклонности.

Ведмедко и его жену, и впрямь неправдоподобно толстую, арестовали. При обыске подтвердилось, что они торговали крадеными вещами. Пришельцев сходу узнал граммофон, похищенный месяц назад из электробиографа[52] «Бон-Репо» на Красной улице. Самая страшная находка отыскалась в горнице, за божницей. Там лежала стопка паспортов. Корж с Пришельцевым изучили их и сказали с полной уверенностью: владельцы документов были убиты.

Всего нашли семь паспортов. Люди погибли частью в самом Екатеринодаре, частью в Майкопском и Лабинском отделах. Самое раннее убийство относилось аж к тысяча девятьсот восьмому году. Получалось, что Семафор разбойничал три года, и все это время его армейский товарищ барышничал с имуществом покойных. А Кухарский-Довгило давал изуверу приют и платил жалованье как охраннику.

К удивлению Лыкова, сверху паспортов лежал билет ратника второго разряда на имя Прокофия Кринвальда. Так звали несчастного зятя Конрада Гиля, погибшего со всем своим семейством под Новолеушковской.

Казнил их Варивода, это было доказано выжившими женщинами. Но билет отыскался в притоне Семафора. Значит, два атамана и впрямь общались.

Сыщикам приходилось действовать быстро. Они передали арестованных начальнику Майкопского отдела и поспешили в Екатеринодар. Смерть урядника подействовала на всех угнетающе, и в дороге путники почти не разговаривали.

Глава 14

Вентиль в будущее

3 апреля нефтепровод от Майкопских промыслов до Екатеринодара был пущен. На городской земле позади сада Шика вырос целый поселок.

Там выстроили шестнадцать резервуаров для хранения нефти, от небольших до гигантских. Все они были выкрашены красной краской и смахивали на игрушки для великанов. Бак Моринга, на триста пятьдесят тысяч пудов сырой нефти, был уже подключен к трубе. Он возвышался над всеми подобно колесу обозрения. Привлекал внимание и длинный корпус, объединяющий в себе машинную и электрическую станции. Перед ним находилась труба с большим вентилем, напоминавшим пароходный штурвал.