Месть Акулы

Я один раз такое шоу наблюдал! Сегодня публика богатая, так что, если повезёт, мы насмотримся… — Игорь помолчал, улыбаясь приятным воспоминаниям, и закончил рекламную паузу: — У меня этих Якубовских ручек в кабинете штук десять валяется!

Волгин продолжал изображать английского парламентария. Акулов поделился наблюдением, которое давно сложилось у него в голове:

— Видите того урода в белом прикиде? На покойного Никиту как две капли похож.

— Да ну? — Фадеев, не таясь, развернулся, чтобы оценить указанный объект. — А по-моему, ничего общего. Меньше думай о работе… И не пыхти ты так своим «беломором», все настроение праздничное сбиваешь!

Каролина, последняя из троицы «Сюрприза», скрылась за дверью артистической уборной.

Конферансье продолжал цедить пиво около стойки, охранники покинули зал, и на танцевальную площадку потянулись любители медленных танцев. «Белый пиджак» пригласил сразу двух «школьниц», пузатый джигит галантно вывел рыжеволосую.

— Пойти, что ли, тоже потоптаться? — вопросил Игорь, оглядываясь в поисках потенциальной партнёрши; задержался взглядом на блондинке, в одиночку распивающей призовое вино, и вздохнул: — Не годится, придётся её потом за стол приглашать.

А на хрена она нужна, если мы ещё будем работать?

Закончились две композиции, и конферансье, вынырнув из артистической уборной, объявил «белый» танец.

— Неужели нас никто не позовёт? — Фадеев приосанился. — Да на таких парней, как мы, должны накинуться все местные красотки! Во, одна уже идёт! Черт, как бы от неё потом отделаться, чтобы дала телефончик и не обиделась?

Блондинка подошла к столику оперов, проигнорировала Игоря и пригласила Сергея. Когда они удалились, Фадеев почесал затылок:

— Ни черта не понимаю… Может быть, водки? Никому мы, Андрюхин, с тобой не нужны.

Да так оно и лучше. К чёрту этих баб! Никуда они не денутся, а мы когда ещё соберёмся в такой хорошей компании? Бл-лин, ещё одна подкатывает! Да это же… Это же… Она!

— Молодой человек, можно вас ангажировать на медленный танец? — спросила Вика у Андрея, загадочно улыбаясь; ни тени смущения на её лице заметно не было.

— Можно. Если не боитесь, что я отдавлю вам все ноги. — Акулов поднялся, взял сестру под руку, и они отошли от стола, оставив обалдевшего Игоря скучать в одиночестве.

Заняли место среди других танцующих пар. Андрей обнял сестру за талию, она положила руки на его плечи и первой начала разговор:

— Ты меня осуждаешь?

— Догадайся сама.

— Что в этом такого? Они ведь просто смотрят, и ничего больше.

— Так уж и ничего!

— Ничего, — повторила Виктория, и Акулову захотелось ей верить."

"Слов не хватало. Высказывать мысли, которые бурлили в нём при виде танцев «Сюрприза», сейчас казалось глупо. Ни одного рационального довода, сплошные эмоции.