Морской Волк #07-09 - Врата Победы

И лишь теперь нам ясен ее политический смысл: очень может быть, что отступи мы тогда с высот, сегодня, подобно двум Италиям, было бы две Германии – ГДР и фашистско-капиталистическое государство на Западе, тесно привязанное к блоку НАТО, с американскими военными базами на своей территории, набитое американскими войсками с ядерным оружием – возможный плацдарм империалистической агрессии против лагеря социализма. Да, товарищи, выходит, что Иосиф Виссарионович Сталин видел эту угрозу, еще не ставшую явью – и принял меры. Проявив высшую политическую мудрость, обеспечивая долгосрочные интересы СССР.

А что же немцы? Как осуществляли они свой план? Сохранилось множество свидетельств, что тогда в Германии Одер воспринимался как некая грань, до которой еще возможен мир – ну а после уже война на истребление, какую они сами навязывали нам в сорок первом. Потому боевой дух немецких солдат не только СС, но и вермахта можно было назвать высоким – в отличие от французов и итальянцев, они ожидали, что русские придут в Германию мстить. Но вот показывали ли немецкие генералы свои высокие качества полководцев?"

"И ведь они не совершали явных ошибок! Делали все профессионально, четко, «по уставу и инструкции».

Когда время и обстановка требовали рваться вперед с бешеной яростью, не замечая потерь, «сжигая за собой мосты» – отчетливо понимая, что пути назад нет. Поскольку «непобеда» для них стратегически равносильна поражению. Причем они это видели – как писал позже Мантойфель, «…я помнил, что под моим началом последние войска Германии – и если они погибнут, заменить их будет некем». Но делали из того совершенно обратные выводы – нужна методичность и осторожность! Не понимая, что если они сейчас проиграют, то переиграть в другой раз получится уже на улицах Берлина. Что ж, про таких говорят: «великолепные тактики, но за битвами не умеют видеть всю войну».

В итоге что южная, что северная группа немцев за Одером думали не столько о победе, как о риске утратить коммуникацию с левым берегом, путь для собственного отхода! «Южные», вместо стремительного наступления совершили «наполз», лишь утром 3 февраля вошли в боевое соприкосновение с Первой танковой, причем без особого натиска – натыкались, получали, отходили, вступали в вялую артиллерийскую перестрелку.

«Северные», которых вел сам Мантойфель, на вид действовали куда активнее, имея некоторые тактические успехи, уже второго февраля бои шли всего в десяти километрах севернее Кюстрина. Но следует отметить, что это были «осиные рейды» вышеупомянутых бригад, а не атака главных сил, которые, по большому счету, совершали тот же «наполз», наступали не торопясь, боясь оторваться от моста в Цедене.