Морской Волк #07-09 - Врата Победы

Наступление же силами не трех бригад, а двух корпусов днем второго февраля с достаточно высокой вероятностью могло привести к прорыву немцев к Кюстринскому мосту, столь же мощный и решительный удар навстречу эсэсовцев Шестой танковой сделал бы ситуацию критической. Дальше, с учетом подхода наших Второй Гвардейской танковой и передовых корпусов Пятой ударной и Восьмой гвардейской, завязывалось бы маневренное сражение, где шансы были бы обоюдны – по крайней мере, такой результат был получен позже, при моделировании в ходе военной игры. Но следует отметить: при этом за немцев играли слушатели нашей Академии, с совсем другим мышлением, действуя решительно-наступательно, как я выше сказал.

В реальной ситуации Манштейн, Дитрих, Мантойфель вели себя совсем иначе.

Да, с нашей стороны не все было гладко. Допущены ошибки, приводящие к излишним потерям – настоятельно рекомендую прочесть на эту тему монографию нашего уважаемого Олега Александровича, который в сорок четвертом был непосредственным участником событий, командуя 4-й гвардейской тбр у Богданова, во Второй танковой – вы можете найти эту очень полезную для вас книгу в библиотеке Академии[40].

Но, повторяю, даже локальные успехи немцев оказались стратегически бесплодны – в этих боях группа «Одер-Север» потеряла время! Что оказалось фатальным – уже в три часа пополудни на поле боя появились части Второй танковой, нанося немцам удар во фланг – после чего о прорыве к Кюстрину можно было забыть. К вечеру подошел и моторизованный корпус Пятой ударной, после чего севернее Кюстрина наше преимущество стало решающим. В двухдневном сражении, третьего и четвертого февраля, группа «Одер-Север» была разгромлена, потеряв до семидесяти процентов техники и свыше пятидесяти – личного состава, ее остатки отступили за Одер. Еще хуже развивалась ситуация для группы «Одер-Юг», на тылы которой четвертого февраля вышла Третья танковая армия Рыбалко, совершив марш по очень трудной местности – дорога на Франкфурт, к переправе, оказалась перерезанной, в итоге уже пятого февраля остатки корпусов «Геринг» и «Гроссдойчланд», прижатые к берегу Одера в отсутствие мостов, частью ушли на подручных средствах на левый берег, частью капитулировали, потеряв всю технику.

Устранение угрозы на правом берегу позволило нам сосредоточить все силы на плацдарме и поддержке его с нашего берега. Как признают сами немцы, очень сильный артиллерийский огонь с нашей стороны Одера наносил им большие потери при попытках атаковать в пойме реки. Четвертого февраля прибыл передовой корпус Восьмой гвардейской и вторые эшелоны Пятой ударной.