Никто и звать никак

Прихватив с собой небольшой коврик, я устроилась на крыльце с чашкой холодного чая — при доме был отличный сухой погреб. Сидела, вытянув ноги, щурилась на отблески испаряющейся росы, любовалась легкой исчезающей над водой дымкой и ни о чем не думала…

Здесь и сейчас я приняла этот мир всей душой и всем сердцем…

Он еще так молод, он подвержен всем болезням роста — рабство, жестокость, пираты, войны…

Но он так прекрасен именно по тому, что он — человечен. Кроме этой накипи цивилизации в этом мире есть Дик, который ушел и есть маленький Дик, который никогда больше не будет бездомным.

Есть замечательная Тагина и строгая Ранда, есть пожилая Пайпа и ее малышка-внучка, есть странный Гомиро тер Ванг и беспечный Риш, скромная Нита и молчаливый Гайт, муж Ранды… В этом мире есть Ригер, человек, который не предаст… Этот мир — мой!

Пятнадцать дней каникул пролетели как вспугнутая птица. Пора было возвращаться к делам и заботам, к макаронам и ремонту…

В путь мы вышли после плотного завтрака. С вечера прибрали дом, утром я простирнула постельное, прокипятила и развесила на натянутую Ригером веревку возле дровника, под навесом.

Мы обязательно вернемся сюда, пусть оно будет чистое и сухое. От кордона мы отошли не так и далеко, когда я услышала плачь:

— Я-а-а-о-а…

— Слышишь?! Это ребенок!

— Подожди, Калина. Думаю, тебе показалось…

— Послушай…

Мы ждали и ждали, но плача больше не было…

Я уже и сама начала думать, что приняла за детский голос какую-нибудь птицу, которые свиристели по всему лесу на разные голоса. Но вот опять:

— Я-а-а-о-а…

— Это там! — четко уловил направление Ригер…

Глава 61

«Там» оказалось волчьей ямой буквально в двадцати метрах от нашего пути.

"

"Волчица мертва была уже несколько дней — она упала на колья. Крупные зеленые мухи покрывали ее тело, периодически взлетая темным роем и опускаясь снова, образуя шевелящееся покрывало. Из трех щенков шевелились только двое. Один из них и скулил, второй лежал практически неподвижно, только иногда начинал жалобно и очень тихо попискивать. Смрад стоял неимоверный…

— Ригер! Что делать?!

— Веревку.

— В каком смысле… Зачем веревку?!

— Глубина большая, а ты меня не вытащишь.

— А ты меня? Я же легче…

Спорили не слишком долго.

В рюкзаках у нас лежала «цивильная одежда». Выбор был такой: или возвращаться на кордон и резать на веревки белье, но это — время. А волчата уже очень долго без еды и, главное — воды. Или воспользоваться цивильной одеждой и вернутся в Тронг в лесном. Надеюсь, что гостей в замке не будет. Высокородная в брюках — ну, так себе идея. Брюки для тепла женщины носили только в стране Гомиро тер Ванга. Здесь таких вольностей в одежде не допускали.

Сперва Ригер обошел по периметру яму, сильно топая по краям.