Четвертый брак черной вдовы

— Да бросьте, — засмеялся он. — Пигалица и вам надоела до смерти. У нее удивительный талант внушать чувство вины, даже если вы не виноваты. От нее давно пора избавиться.

— Она моя подруга!

— Таких друзей надо гнать поганой метлой, — сказал Хоэль без обиняков. — От них вреда больше, чем от самого злобного врага. Помните мое слово, она вам еще подгадит. Да так…

— Как вы себя ведете?! — возмутилась Катарина, а муж вдруг приложил палец к губам, призывая ее замолчать.

Катарина тут же испуганно насторожилась. Что-то происходит?

Но в доме была тишина, Лусия убежала, и даже шагов ее уже не было слышно.

— Что это вы — начала донна, но муж ее перебил.

— Покажите, — велел он.

— Что? — Катарина захлопала глазами от удивления. — Что показать?

— Покажите, что на вас надето, — велел он, довольно щурясь.

В этот момент Катарина готова была стать вдовой в четвертый раз. Она попятилась, невольно схватившись за юбки и прижав их плотнее к телу.

— Что за странные шутки? — спросила она, нервно посмотрев за окно, откуда слышался голос садовника, рассуждавшего, стоит ли стричь сегодня розовые кусты.

— Какие шутки? Вчера я вам ясно все сказал. Вы запамятовали? Так напомню. Желаю посмотреть, в чем вы сегодня. Покажите, не жадничайте, — он посматривал на нее из-под ресниц, подперев голову — как султан, выбирающий очередную наложницу на рынке живого товара.

— Я думала, вы не всерьез — она кусала губу, мучительно краснея.

— У нас договор, — напомнил муж, наслаждаясь ее смятеньем. — Вы же знаете, что человек я грубый и низкий — сами меня так называли, поэтому мне ничего не стоит проболтаться кое о чем донье Инес.

— Вы и в самом деле отъявленный шантажист, — сказала Катарина сквозь зубы.

— Опять эти громкие слова, — покачал он головой. — Так что вы выбираете? Меня или донью Инес в свидетели?

Несколько секунд Катарина боролась с собственной гордостью, а потом медленно потянула подол платья вверх.

Сегодня она надела простые серые чулки, но белье на ней было золотистое — цвета игристого вина, с кипенно-белыми кружевами, с янтарными бусинами на подвязках, а сами подвязки были с золотистой тесьмой, красиво выделяющейся на белой коже.

Хоэль тут же оставил вальяжность и подался вперед, жадно глядя на стройные женские ноги. От этого взгляда Катарина покраснела еще сильнее. Серые глаза мужа блестели, губы чуть приоткрылись, дыхание участилось — ему и правда хотелось посмотреть. Развратник и бесстыдник — вот он кто!..