Одиссей покидает Итаку. Книги 14-21

Надо выручать…»

Не глядя на княжну, обратился к Ростокину:

– Чего бы не съездить, княже? Рекогносцировку проведем, вдруг правда кого найдем или встретим? Своих - хорошо. Поганых - языка возьмем. Риска не так много, не впервой.

Игорь слегка растерялся. Не ожидал он от Александра Ивановича такой подлянки. До последнего решил стоять, чтобы не допустить сумасбродства, хотя бы и силой, и нате вам…

– Погоны сотника княжна носит, доказала, что в седле сидеть умеет, темноты не боится… - Усмехнулся не по-здешнему. - Чего же еще? Прокатимся верст на десять-пятнадцать, своими глазами поглядим. Коней четверо? Вчетвером и поедем. Ты, княжна, я, и еще кого-нибудь возьмем. Неждан, кто у тебя в набеги ходил, кого в разведку послать без сомнений можно?

– Меня бы лучше всего…

– А оборону держать кто будет?

– Тогда Юряту возьмите. Дикое поле ему - что дом родной, Почитай, сызмальства туда наведывается, всегда живой возвращался, и не с пустыми руками.

Его и взяли, мрачного воина лет под сорок, ноги колесом от освоенного с детства умения на любом аллюре скакать без седла и стремян.

Шульгин снял свои растяжки, отдал последние распоряжения на случай, если их отряд запоздает или вообще не вернется, и двинулись.

Юрята хотел было стать впереди, но Сашка указал ему место замыкающего.

– Я буду головным. В случае чего мне и командовать. За мной князь, потом княжна, а ты озирайся, саблю обнажи, винтовку поперек луки. Не знаешь, что ли, часто дозор пропускают, последнего с седла сдергивают, остальных в спину бьют…

– Верно говоришь. - Дружинник посмотрел на него с уважением.

– Вдруг начнется - княжну спасай, а мы как-нибудь…

Сосны в этом лесу стояли далеко друг от друга, почва под ними, покрытая толстым, многолетним слоем опавшей хвои, промокнуть не успела, потому Шульгин вел дозор метрах в десяти правее дороги, колеи которой, от ходившего здесь броневика, уже заполнились серой водой. Если даже одноконной цепочкой по ней ехать, ничуть не быстрее, чем пешком, получится, для маневра возможности никакой, фланги для нападения открыты. Лесом же - все наоборот.

Сашка, просидев ночь то с Акинфом возле броневика, то в избе, присматривая за Еленой и изучая карту, обдумал свое положение. Оно ему, без всяких оговорок, нравилось больше, чем любое предыдущее в этом завихрении. Тем, что создавало невиданное поле свободы. Если и отсюда не выкинут, само собой. Но подсказывала интуиция - не выкинут. Если это Ловушка, то она, по определению, независима от управляющих контуров Сети. А сам он независим от Ловушки. Как хороший пловец - от водоворота, смертельного для дилетантов.

Тем более Игорь невольно выступает в качестве прикрытия, вспомогательного десанта, погибающего на плацдарме, пока главные силы высаживаются совсем в другом месте.