\

«А ты точно не из этих? — насмешливо пробурчал учитель. — Любителей боли?»

«Нет», — ответил я и рассмеялся.

А вместе со смехом уходила и боль.

* * *Девушки продолжали заниматься. Один раз они подошли узнать, как у меня дела. Я ответил, что всё хорошо. Сделаю несколько звонков и присоединюсь к ним.

Предполагал ли я когда-то, что рутина нового мира так меня захватит?

Точно нет.

Сначала я позвонил Виолетте Цыпочкиной. И поблагодарил за отличное настроение.

— Всегда рада удружить, красавчик, — низким, но красивым голосом ответила она. — За такие деньги я готова работать только на тебя. Кстати, со вторым нашим делом пока небольшая задержка, но дня через три-четыре у тебя будет исчерпывающая информация про ядовитую вдову.

Вот же человек: подняла мне настроение одним только тоном. С такими людьми хотелось иметь дело.

Вторым был Михалыч."

"— Ваше сиятельство, работает! — прокричал он в трубку, перекрикивая работающие станки и гомон нескольких десятков человек, а затем перешёл в более тихое место. — Всё отлично работает! Мы вчера, когда статью читали, ржали, конечно, аки кони, но думали, что разбегутся и те, кто есть. Ан нет! С самого утрянского на проходных давка. На две смены на все цеха наберём! И оборудование уже завезли! Разбираем! Спасибо вам, что не обманули!

— Да не за что, — растрогался я. — Это только начало. Ещё столько работы предстоит. Послушайте, я хотел узнать, вы справитесь без меня ещё дня четыре?

— Ну… — замялся исполнительный директор.

— Нет, я буду на связи и днём, и ночью, — заверил я. — И, если надо примчусь за несколько часов. Мне тут надо семейные проблемы утрясти, без этого никак.

Мне показалось, что нужно держать его в курсе моих намерений.

— А, ну, если так, то без проблем. Мне какая помощь понадобится, я звонить буду!

— Хорошо, Михалыч, договорились.

И только я хотел вздохнуть спокойно, как раздался звонок. От Олега. Внутри нехорошо кольнуло. Это заворочалось чувство тревоги.

— Привет, пропащая душа, — сказал друг весело, но с явной грустинкой в голосе. — А я экзамены сдал, думал с тобой пересечься, а ты — вон где, у моря.

— Так уж получилось, Олег, не обессудь, — ответил я. — Никифор меня вызвал сдавать, когда ещё никого не было. Точнее, это я его сам попросил. У меня тут по семейным… А, ладно, при встрече расскажу. Вы-то там как? Федя сдал? Катя?

— Мы-то с Федей сдали великолепно, — откликнулся Чернышёв. — Он, кстати, рядом стоит, привет тебе передаёт.

— И ему привет. И от Карины тоже, — сказал я, смотря на сестру, метающую крохотные молнии в море и задорно смеющуюся.

— Заулыбался, — ответил Олег. — Всё в вами ясно, князь Кропоткин, — это он говорил не в трубку, но затем вернулся к разговору со мной и сразу же погрустнел.