\

Белышевский был самым ярым вашим противнивником.

— Я этого не знал.

— Понимаю, — покладисто согласился Кнышский, — А еще у нет наследника.

— Вот как? И кто же будет править вместо него? — вслед за Кнышским я тоже перешел на ироничный тон, будто неожиданный оборот событий и меня начал забавлять.

— Это должен решить сам Белышевский народ, — отвечает Кнышский, — Кстати, как текущий правитель, вы должны лично проводить усопшего владетеля в последний путь… так сказать, поприсутствовать при погребении.

— Я понял вас, — отвечаю учтиво, — Благодарю за подсказку.

— Рад помочь… тогда и у меня будет маленькая просьба… — добавил Кнышский, когда я уже поднялся с места.

— Слушаю.

— Старый скряга вел со мной многолетнюю тяжбу за кусок никому не нужного оврага на границе наших с ним земель. Крайне вредный был старикан. А у меня там старое кладбище. Могилы предков.

— Я вас услышал, — отвешиваю короткий поклон, — На могилы претендовать не стану.

В ратуше меня дожидается Анюта, Ева и Белкина.

— Ну что, сняли? — спрашивает Анюта, — Возвращаемся в Кречевск?

— Не сняли… Ева, зайди в мой кабинет.

— Слушаю, Кротовский, — говорит Ева, затворяя за собой дверь. Мы остались с ней с глазу на глаз. Анюта и Белкина дожидаются в приемной.

— Ева, я же просил не предпринимать никаких шагов без согласования.

— Ты говоришь загадками.

— Я про владетеля Белышевского, который скоропостижно скончался полчаса назад.

— Я его не трогала, Кротовский. Уж поверь. Чтоб подобраться к владетелю, мне бы пришлось разрабатывать целую операцию. Это тебе не крестьянина в кустах придушить.

— Тогда я отказываюсь что-либо понимать.

— Я попробую это выяснить, — Ева пожимает плечом, — Эти владетели наверняка имеют немало счетов друг к другу. Если потянуть за ниточки, что-то да всплывет.

— Да, ты права. Попытайся это выяснить, только…

— Только что?

— Только не сейчас. Я должен участвовать в погребении. А хоронить его будут на родной земле. Хочу, чтобы ты поехала со мной.

— Хорошо.

Решив, что береженого Крот бережет, отдал приказ сбираться всей своей охране и казакам. Белкина тоже изъявила желание поехать, чем меня удивила.

— Маргуша, и охота тебе ехать на порохоны? Ты ведь не обязана.

— Я знаю, Кротовский. Но мне нужно ехать.

Отговаривать не стал. Сегодня у меня день абсурдов. Устанешь удивляться. Затягивать тоже не стали. Выехали после полудня. До Белышево, так называется вотчина почившего владетеля, ехать около семидесяти километров. Она, как выяснилось, граничит не только с землями Кнышского, но и с моими. Фактически Белышевский был моим ближайшим соседом."

"Порадовало, что долгое прощание здесь непринято.