\

 – Меняю гениальную мысль на сытный обед.

– Угощаю! – первым оказался Самюэль.

– Поддерживаю, – выпрямился на стуле Энгин.

Главное в этом деле – стимул! Матушка всегда так говорила.

– Виль, – укоризненно качнула я головой, – ты же из сиротского дома…

Тот задумчиво прикусил губу, пытаясь понять, что я имела в виду, и… засмеялся, стукнув ладонью по столу:

– Так просто!

– Это только предположение, – остудила я его пыл.

Не подействовало, Вильен был уже совершенно уверен в том, что я – права.

– А нам? – насупился Сэм.

– А вам, – закрыв папки и поднявшись, заявила я, – после обеда. А пока – думайте.

Спорить со мной никто не стал. Это была игра…

Мы все любили в нее играть…

Жаркус постарался! Рыбный супчик со сливками и зеленью на первое, на второе тоже рыба – филе в золотистом кляре и рассыпчатая крупа, обильно политая чуть островатым пряным соусом. На сладкое – тонкие, почти прозрачные блинчики с медом и кувшин с моим любимым ягодным киселем. От чая, хоть нам и предлагали, все предпочли отказаться.

Сам хозяин таверны, лично накрывавший наш стол, теперь стоял за стойкой и умильно смотрел на меня. О втором покушении здесь было уже известно.

– Я так больше не могу, – в очередной раз встретившись с Жаркусом взглядом, вздохнула я.

– Это я не могу, – пытаясь дожевать очередной блинчик, прошамкал Вильен. – И есть больше не могу, и не есть – тоже не могу."

"Судя по дружному чавканью, остальные были с ним согласны. Кроме нас пятерых за столом сидели еще Маркони и Лой. Этих пригласила лично я, чтобы потом не пришлось повторять пришедшую в голову идею.

– Всё, перерыв, – откинулся на спинку стула Сэм. – Ты пыл-то свой умерь, – толкнул он локтем сидевшего рядом Энгина, – а то не сможешь исполнять свои обязанности.

– Мне думать не надо, – хохотнул тот в ответ, но тарелку с двумя оставшимися блинчиками отодвинул. Тут же передумав, вернул ее на место, но пальцы о салфетку вытер, как и Самюэль, взяв паузу. – Так что там с сиротским домом? – сыто проурчал он, намекая, что пора бы вернуться к вопросу, ради которого мы тут собрались.

Остальные оказались с ним солидарны, дружно посмотрев на меня.

– Виль, ты или я? – сделав вид, что совершенно не замечаю направленных на меня взглядов, поинтересовалась я.

Тот качнул головой, на мгновение блаженно закрыв глаза.

Несмотря на неплохое жалованье, монет у Вильена постоянно не хватало. Большую часть он отдавал в императорский банк, копил на свой дом. Комнатка, которую снимал, была небольшой, соседи – шумными. Столовался вместе с остальными постояльцами, что на пользу ему не шло – с нашими-то нагрузками, так что мы с Сэмом старались подкармливать друга, изобретательно находя для этого веские причины.