\

– А вы? – промокнув губы салфеткой, уточнила я, посмотрев на кольцо Сэма, которое продолжало оставаться на моем пальце.

– Я хочу, чтобы ты была счастлива. И как женщина, и как мать, – неожиданно произнесла она, поднимаясь с кресла. Подошла ко мне, встала за спиной. – Вы с Самюэлем слишком похожи, для обоих жизнь – игра. Будет идти время, а вы так и не поймете, что упустили более важные вещи, чем ваши расследования.

– Хорошо, – согласилась я с ней, – а Энгин Паррей?

– Энгин? – Матушка обошла кресло, остановилась напротив. – И когда этот паршивец все успевает? – хмыкнула она недовольно.

– Паршивец?! – изумилась я. Чтобы услышать от матушки нечто подобное, нужно очень постараться. – И чем виконт заслужил столь резкое определение.

– Тем, что пошел в папочку! – не задержалась она с ответом. – Мой тебе совет, держись от этого парня подальше.

– А что-нибудь более конкретное? – расправив складки на юбке (лишь бы занять руки), попросила я.

– Надеюсь, ты не считаешь его просто… – она замялась, – как это у вас называется… боевиком?

– Нет, – усмехнулась я. – Уже нет, – поправилась, успев заметить, как по ее губам скользнула довольная улыбка. – Но какое это имеет отношение к «паршивцу»?

– Было там что-то про него и магиню… – начала матушка, задумчиво посмотрев на меня. – Вряд ли ты слышала…

– Подождите, – перебила я ее, вновь вспомнив про вопрос, который хотела задать. – Вы не знаете, как давно встречаются леди Верьер и господин Шаес?

– Леонидия Верьер? – переспросила она. Задумалась, потом качнула головой, словно чего-то не понимая. – Ты в этом уверена?

История с анекдотом получала свое продолжение.

Николас и Леонидия не терпели друг друга. Что-то старое, уже устоявшееся. Да и ту неприличную историю Сванетти принес не из корпуса, а обходя аптеки и террариумы.

Утром он рассказал ее Вилю, который поделился со мной – считая, скорее, другом, чем барышней. Немногим позже среди слушателей Николаса оказался и Шаес.

Вечером то же самое я услышала от леди Верьер, которая незадолго до этого общалась с помощником Соула.

В цепочке не хватало звеньев, но я никак не могла забыть тот задорный смех Леонидии и румянец на ее щеках. Стояла она в этот момент именно с Шаесом.

Что это мне давало? Ровным счетом – ничего, но ведь никак не уходило из памяти, возвращаясь вновь и вновь.

– Доказательств у меня нет, – пожала я плечами."

"– У нее была связь с бароном Раковски, но они вроде как расстались, – заметила матушка, продолжая о чем-то думать. – С ними связана какая-то нехорошая история. Вроде как пропали важные документы именно в ту ночь, когда у него находилась леди Верьер. Потом она пылала страстью к вашему Кармиру…

– Будь что серьезное, она не служила бы сейчас в корпусе, – возразила я.