\

Я присела на край постели – не самое лучшее положение, но стоя опасалась потерять равновесие, медленно выдохнула, столь же не торопясь вдохнула, отстраняясь от всего, что могло стать помехой. Лишь он и я…

Он и…

Я открыла глаза, тут же наткнувшись на насмешливый взгляд.

– Доброе утро, Анастасия Николаевна, – улыбнулся Северов, чуть приподняв голову. – Выглядите намного лучше.

– Вы – тоже, – не осталась я в долгу, пряча за ехидством смущение. – И давно я посягнула на вашу половину? – поинтересовалась, шевельнув затекшей шеей.

– Не очень, – заверил меня князь. – Сначала вы были образцом добродетели, предпочтя держаться подальше от меня. Но потом, когда скинули одеяло, воюя с кем-то мне неизвестным, и вам стало прохладно, скромность вас покинула.

– Понятно, – поморщилась я. От неудобной позы тело затекло, отказываясь повиноваться и мстя болезненными мурашками. – А просто разбудить вы никак не могли? – добавила угрюмо, только бы не видеть довольную ухмылку на его губах.

Что ж, имел полное право. Я не только уснула во время целительской процедуры, но и использовала вместо подушки его руку.

– Не мог, – убежденно ответил он. – Не в моих правилах отказывать в подобных мелочах столь привлекательным барышням.

– И часто с вами подобное случается, раз успело стать правилом? – парировала я, поднимаясь. Шторы на окнах плотно закрыты, если бы не часы, и не поймешь, что уже раннее утро.

– Иногда для понимания хватает и одного, – опустив освобожденную мною руку, улыбнулся он.

– Да, наверное, – расправляя ладонями помявшееся платье, невпопад заметила я. – Вы меня извините, – я все-таки посмотрела ему в глаза, – я действительно вымоталась.

– Извинить? – садясь, как-то удивленно протянул он. – После всего, что произошло?

– Произошло? – непонимающе оглянулась я на него. – Ах да! – воскликнула я спустя секунду. – Я же отлежала вам руку!

– Именно так, – согнув укрытые одеялом ноги в коленях, подтвердил он мое предположение. – И теперь вы просто обязаны выйти за меня замуж! – совершенно серьезно продолжил он.

– Я?! За вас?! – возмущенно переспросила я, чувствуя, насколько неоднозначной стала эта шутливая перепалка.

Его взгляд был теплым, мягким, но я видела, что там, за внешней расслабленностью, пряталась решимость. Единственное, чего не понимала, кому или чему она предназначалась.

– Вы меня скомпрометировали, – с теми же интонациями продолжил он. И даже бровь приподнял, словно это могло помочь.

– И перед кем же? – уточнила я, только теперь обратив внимание на то, что была укрыта другим одеялом. – Петро?

– Да, – тяжело вздохнув, кивнул князь.

– Я ему заплачу за молчание, – твердо пообещала я. – А если откажется, у меня есть ковер.

– Это все меняет, – не сдержавшись, засмеялся князь.