\

Круглая, песочно-желтая, с прожилками, рисующими таинственные знаки, за которыми, как говорили, скрыт ключ к секретам мироздания, она отражалась в ровной глади озера, выстилала ровную дорожку, ведущую к деревянным мосткам, уходящим прямо в позолоченную неверным светом воду. Следующим, что заметила, оторвавшись от чарующего зрелища, был стоявший на берегу Северов. Полностью обнаженный и окутанный призрачным сиянием.

Мне бы сразу уйти, но… я замерла, не в силах отвести от него взгляда.

Я видела его тело, когда обрабатывала рану, но сейчас… это было другое. Там – лишь проблеском чувственности, когда представлялось, как я нежно провожу по коже, скрывающей сильные тренированные мышцы. Оттенками, полутонами, в которых была робкая нега и мечты… Несбыточные, но тем не менее сладкие.

Здесь – реальность, до которой легко было дотянуться рукой. Вот он… весь! Широкие плечи, крепкая шея, мускулистая спина, треугольником уходящая к узким бедрам, упругие ягодицы, сильные ноги…

Похоже, я забыла, как дышать, бесстыдно разглядывая это великолепие, потому что судорожно хватала воздух, когда он после нескольких резких движений руками вдруг бесшумно, без малейшего всплеска, ушел в воду.

Дав себе еще минуту, чтобы полюбоваться на то, как тело Северова, похожее на неукротимую стрелу, разрывает надвое струящийся по воде свет луны, вернулась в дом. Ко всем уже имеющимся проблемам мне только этой и не хватало.

Князь Даниил Северов… Я понимала, что теперь не просто приемная дочь вдовы бригадного генерала Елизаветы Волконской, но это мало что меняло. Не для того, чтобы влюбиться… чтобы думать о чем-либо более серьезном, чем просто поддаться на какое-то время вспыхнувшей страсти.

Его жизнь… Моя жизнь… Я не видела вариантов, чтобы их совместить.

Эта мысль не успокоила эмоций, но приглушила их, дав возможность уснуть. Мне нужен был отдых, терять время на ненужные переживания я не собиралась.

На этот раз разбудило не ощущение, а тихий голос:

– Уже утро!

Подскакивать, хоть он и прозвучал неожиданно, я не стала. Потянулась, сладко зевнула, прикрыв рот ладошкой, и только после этого демонстративно медленно открыла глаза, встретившись с понимающим взглядом князя. О моем появлении ночью на крыльце не знать он не мог. О том, что мне об этом известно, тоже.

– Ваше предложение спуститься вниз через двадцать минут еще в силе? – позволив рубашке сползти с плеча, поинтересовалась я, невинно глядя на полностью одетого Северова.

– В силе, – улыбнувшись, подошел он еще ближе. Наклонился, заставив сердце замереть, коснулся волос… вроде как поправить прядь, вот только те были слишком короткими для столь невинного жеста. – Одежда на кресле, – выпрямляясь, продолжил он.