\

Хотелось уцепиться за край скатерти, ища в ней уверенности, но от этой детской привычки, с которой не могли справиться наставницы в пансионе, отучила бабушка, имевшая для меня непререкаемый авторитет, - как мне объяснить, что я просто не могу сидеть, сложа руки?! Как убедить тебя, что готова на любые условия, лишь бы отыскать Георгия?!

Я не кричала, не заламывала руки, даже не повышала голоса. Просто говорила, едва ли не впервые в своей жизни открывая чужому человеку то, что творилось в душе.

Впрочем, был ли он мне чужим….

- Был Георгий здесь, - Иван как-то легко… вроде как, продолжая давно начатую беседу, откинулся на спинку кресла, которое я уступила ему, предпочтя оказаться поближе к разожженному камину. – Приехал утром, остановился в этом самом номере. Бросил вещи и сразу отправился к генералу Резину.

- А трактир? – напряженно наклонилась я вперед.

Иван добродушно усмехнулся:

- Заходил он в трактир по дороге. Что именно заказывал, сказать не могу – сесть на его место и попробовать похлебку с потрошками я не додумался, но в заведении был.

- Не было там похлебки, - вздохнула я, еще до конца не веря в то, что Иван принял весомость моих аргументов. – Суп с фрикадельками.

- Вот даже как! – хохотнул он едва ли не довольно. – Значит, условная фраза.

- Про чечевичную кашу сказать ничего не могу, ушла раньше, - вздохнула я едва ли не обиженно. Подыгрывала, почувствовав его настроение. – Как думаешь, Раевский меня видел?

- Уверен, что нет, - на этот раз спокойно отозвался Иван.

- Уверен? – удивилась я, примеривая сложившийся образ офицера императорской гвардии и слова моего названного отца.

- Если бы увидел, узнал сразу, - «порадовал» меня Иван.

- И тогда бы я так просто из трактира не ушла, - кивнула я. – А Илинский?

Иван чуть прищурился – похоже, отвечать на этот вопрос ему не хотелось, но отмалчиваться не стал:

- Он просил твоей руки….

- Что?! – подскочила, уронив стул. Тот упал с грохотом, но я едва ли обратила на это внимание. – Он просил моей руки?

- Федор Игнатьевич отказал сразу, сказав, что не хочет иметь никаких дел с Канцелярией, - Иван поднялся, поставил стул, отошел ближе к окну. Ставни были уже закрыты, чтобы увлечься пейзажем, но, похоже, ему тоже требовалось движение. – Неужели не замечала, что ты ему интересна? – резко повернулся он, словно хотел застать врасплох.

Зря старался. Все, что я могла, лишь качнуть головой. Всегда приветливый, вежливый, иногда даже слегка застенчивый, он не позволял увидеть своей симпатии, оставаясь для Георгия если и не близким другом, то хорошим приятелем – точно.

- А говорят, что женщины таких вещей не пропускают, - удивленно протянул Иван, вновь подходя к столу. – Участие Владимира в расследовании, - продолжил он, дождавшись, когда я присяду, - можно считать удачей.