\

Шаги были легкими, но я их расслышала, как и незатейливый скрип открывшейся, а затем и захлопнувшейся двери.

Хотела поднять голову, но слабость позволила только чуть шевельнуться….

- Будете пить?

Я еще не проморгалась, но Сашко по голосу узнала.

- Нет, - скорее прохрипела, чем произнесла я. – Наклонитесь… - с трудом продавила звуки сквозь спекшиеся губы. Мысль, с которой я провалилась в безмятежное ничто, вновь заставила судорожно биться сердце.

Андрей!

Сашко мою просьбу выполнил, подошел ближе, склонился….

- Князь Изверев….

- Здесь нет никакого князя! – отрезал он негромко, но очень твердо. – Нет! – повторил, словно я пыталась спорить и, выпрямившись, отступил от кровати.

«Здесь нет князя…» - прошептала одними губами. Слезы выступили на глазах, но теперь у них была уже другая причина – растерянность, в которой я безуспешно пыталась найти себя.

Сглотнув мешавший дышать ком, сквозь влагу посмотрела на Сашко.

Тот тоже не отводил от меня взгляда…. Одно мгновение…. Второе….

Он развернулся резко и отошел к узкому окну. Яркий свет четко обрисовал его фигуру. Твердые плечи, которые сейчас выглядели несколько устало, крепкую шею….

- У меня была горячка? – эта фраза далась легче. Помогла родившаяся в сердце злость. На себя. На него. На….

- Да, - коротко отозвался он. – Шесть дней беспамятства. Я уже думал….

Я догадалась, о чем Сашко хотел сказать, но произносить эти слова вслух ему не пришлось. Дверь вновь едва слышно скрипнула, раздались шаги… четкие, уверенные.

Попыталась приподняться… опять накатило дурнотой, заставив поумерить пыл и позволив увидеть, как Сашко повернулся, элегантно, с легкой снисходительностью, которую только подчеркивала все та же, довольно простая одежда, наметил поклон.

То ли выдавая благородство своей крови, то ли… подчеркивая его:

- Князь Рахмат….

Помня о его зверствах я ожидала увидеть….

Никого я не ожидала увидеть, даже не представляла, каким он мог быть, и теперь с жадностью рассматривала подошедшего к кровати мужчину.

Высок, как и многие из горцев. Строен. Не сказать, что широкоплеч, но контраст с узкой талией, которую обрисовывал затягивавший белого сукна черкеску богато выглядевший наборный пояс, был очевиден. Кинжал в золоченных ножнах….

Лицо тоже было характерным для местных жителей: удлиненное, несколько резковатое. Высокий лоб, который делали еще больше зачесанные назад черные жесткие волосы. Нос с отчетливой горбинкой…."

"Его можно было бы назвать весьма привлекательным, если бы не холодный, оценивающий взгляд.

- Прошу меня простить, что не могу приветствовать вас, как положено… - прерывистым голосом начала я, предпочтя показаться еще более слабой, чем была.

- Оставьте, графиня, - оборвал он меня, поморщившись.