\

Изверев был… разведчиком, личным посланником, глазами и ушами Ксандра….

А Георгий?

С Георгием так просто не получалось, пусть я видела сходство в их судьбе. Обвинения…. Для одного с него начался путь в горы, для другого….

У Изверева не было семьи. У графа Орлова – жена и дочь.

- Вам, наверное, послышалось, - я остановилась у окна. Это выходило не в сад, а на передний двор. Впрочем, здесь более уместным было другое название – дворцовая площадь.

- Вы еще хотите побыть одна? – Сашко… виконт Александр Шуйский младший не дошел до меня пары шагов.

Избавиться не торопился, скорее, намекал, что время для рефлексий закончилось и наступило другое – для новой жизни.

Наверное, был прав, но я решила позволить себе еще несколько минут слабости.

Всего лишь несколько минут….

- Вы не могли бы сказать графу, где оставили меня? – несколько чопорно протянула я, давая понять, что это одиночество уже не будет для меня столь трагичным.

- С огромным удовольствием, графиня, - поклонился он и… направился дальше по коридору.

Я слышала шаги: четкие, уверенные, но продолжала стоять, разглядывая подъездную дорожку, дугой подбиравшуюся к крыльцу и убегающую вновь, но уже к другим воротам. Большую клумбу. Похожие на пики остроконечные деревья, стоявшие, как стражи. Мужчин в черных, серых, бурых черкесках.

Это был незнакомый мне мир, но я больше не чувствовала себя здесь лишней.

Да – я так и не знала его законов, но разве это могло стать препятствием между им и мною?

Мысль самой себе показалась кощунственной. У меня был муж! У меня была дочь. У меня был… дом, в который я так хотела вернуться!

- Так не должно было случиться, - встав у меня за спиной, произнес Георгий.

Не оправдывался, не объяснял… просто ставил в известность.

Несколько часов назад он сказал, что чуть с ума не сошел, когда увидел меня здесь, а я ответила, что люблю….

С тех пор ничего не изменилось, но обернуться и броситься в его объятия было невозможно.

Пока невозможно…."

"- Я не могла не пойти за тобой, - сглотнув вставший в горле ком, отозвалась я.

Мужчины в черных, серых, бурых черкесках…. Воины, у каждого из которых была своя женщина. Мать. Сестра. Возлюбленная. Жена. Дочь….

- Я надеялся, что дяде удастся тебя удержать, - его голос все-таки дрогнул, прорвавшись тем, что он пытался скрыть.

Нет, не виной…. Пониманием, что знай он, как все обернется, все-равно обязан был бы уйти.

У каждого из нас был свой путь. И – своя ноша.

- Ты мне расскажешь? Все?

Его ответ я знала, еще не закончив говорить.

- Нет, - коротко бросил он. Но добавил, когда пауза уже стала невыносима: - Не сейчас.

Трудно сказать, чего ожидал, но когда я резко развернулась, сделала шаг к нему, несдержанно бросив: «Я не могу больше ждать», - растерянным не выглядел.

Это было физически больно.