\

 — Или предлагаете поверить, что советник-посланник Ровелина, которому по должности положено знать обо всех подданных своей империи, пересекших границы Аркара, не имел никакого представления о нахождении здесь бывшей фаворитки императора, которому присягнул на верность?

— Госпожа Волконская! — появление Фариха я пропустила, потому и закончила свою проникновенную речь, не оборвав саму себя на полуслове.

— Прошу меня простить, Ваше Сиятельство, — скромно опустила я голову. — Вы позволите продолжить? — с той же сдержанностью обратилась к Фариху.

Тому ничего не оставалось, как разрешить. Старшей группы меня назначил он сам.

Глава 2

— Ты еще способна думать? — во взгляде Фариха мелькнуло сочувствием.

С осмотром мы закончили на рассвете. Потом несколько часов оформляли протоколы и подписывали заявки на экспертизы. Затем….

Затем меня со всем, что успели собрать, вызвали в кабинет главы Департамента, где я сейчас и находилась.

Вильен отправился спать. Смысла страдать обоим не было никакого.

— Способна, — глухо ответила я, допивая уже третью чашку кофе, — но вряд ли это будет выглядеть вразумительно.

— Барышня… — в ответ на мое заявление насмешливо выдал граф Джакс. Отец Сэма и глава службы Охраны, занимавшейся безопасностью первых лиц империи.

Я вскинулась, собираясь ответить в том же духе, но только медленно выдохнула, наткнувшись на предупреждающий взгляд другого графа и другого отца. Паррей. Папенька моего помощника.

Террариум….

Ядовитые гады по сравнению с этими господами были вполне себе безобидными тварями.

— Мы даже не знаем, как она была убита, — вставил свое веское слово Маркони.

— А она не могла умереть естественной смертью? — не пропустил его реплику Джакс

— Не могла, — закрыв глаза, сжала я пальцами переносицу. — Для естественной смерти она слишком хорошо выглядит.

— Этот вопрос оставьте нам, — в голосе Фариха появилась жесткость. — Сейчас мы должны решить, насколько возможно участие в расследовании представителя Ровелина.

— Советника-посланника, князя Даниила Федоровича Северова, — добавил Паррей, придавая словам Соула несколько иную окраску.

Энгин как-то назвал дипломата Ровелина специалистом по щекотливым ситуациям, в первую очередь, имея в виду межгосударственные отношения.

Доказательством его правоты стала вся история моего знакомства с Северовым.

— А разве мы можем что-нибудь сделать? — без особого раздражения дернул плечом Джакс. — На таком уровне все решается указом императора.

— Мы — не можем, — возразил ему Паррей, — а вот Анастасия — вполне.

О чем хотел сказать, уточнять не стоило. Вводить в заблуждение, скрывать улики и результаты экспертиз, переводить внимание на то, что на самом деле было несущественным….