\

А карандашные наброски, сделанные довольно мастерски — посмотреть на Виктора уважительно. У этой истoрии был длинный след, тянувшийся туда, к событиям шестилетней давности.

Впрочем, вот этому я и не удивилась. Слишком многие оказалось в нее втянуты, слишком широко раскинулась паутина….

— Это необходимо передать князю Северову…

— Нет! — вздернул голову Стужев. Посмотрел на меня… — Вы ему доверяете?

— Да! — не отведя взгляда, твердо ответила я.

— А я — нет, — жестко ответил Виктор. — Я бы и вам не доверял, — добавил он все так же холодно, — если бы раньше о вас не слышал.

— От кого?

Ответить Стужев не успел. Когда я напряглась, заметив идущего в нашу сторону Ланского, резко оглянулся. Схватив за локоть, затолкнул за портьеру:

— Ваше слово! — хрипло произнес он. — Либо я вывожу вас с бумагами, и вы немедленно покидаете Эндарию, либо…

— Идем, — я сама толкнула створку двери, скрытой за портьерой. Выскочив в коридор, задержалась. Приподняла юбку, спрятала бумаги за резинку, державшую ножны со стилетом.

Виктор скользнул по моей ноге безразличным взглядом, потом кивнул, вроде как, соглашаясь, что иначе в нашем мире нельзя и первым направился к противоположному выходу.

Комната за комнатой, коридор за коридором. Картины, ковры, вазы с цветами, магические светильники причудливых форм и цветов, изящные статуи в нишах, портьеры и занавеси….

Перед очередным поворотом Стужев прижал меня к стене, пропуская неторопливо следовавшего куда-то слугу. Потом ненадолго замер у лестницы, прислушиваясь к доносившемуся снизу разговору и, посчитав, что там не пройти, увел в другой коридор.

И снова была лестница, и снова анфилада комнат….

— Любовь Чичерина?

— Разве не очевидно? — не без горечи усмехнулся Виктор. Открыл очередную дверь. Эта вела уже на улицу. — Я рассчитывал на помощь графа, но….

— Но… — я вздрогнула пoд порывом ветра.

— Императрице удалось убедить Его Императорское Величество, что граф не справляется с их охраной. — Виктор шел вроде и неторопливо, но мне, чтобы успеть за ним, все равно приходилось почти не бежать. — Готов указ об его отстранении от должности.

— Вот даже как! — Мы остановились на пересечении двух аллей.

Особняк остался сзади и справа. ?ттуда доносилась задорная музыка, в ритме которой легко узнавалась мазурка.

— Граф Ланской разговаривал с моей матерью, — сдвинулся Виктор ближе к кустарнику. — Она передала разговор отцу, ну а тот….

— Что — тот? — поторопила я Виктора, когда он замолчал, затягивая паузу.

— Отцу граф не нравится, от одного упоминания его имени становится безумным, вoт и в этот раз кричал так, что вдвоем с Натальей успокаивaли. Его, да матушку. Наивная она, верит всем. Сейчас мы дождемся одного человека и… — резко сменил oн тему.