\

— Кого? — тут же насторожилась я.

— Увидите, — ничуть не успокоил он меня. — Вы спрашивали, от кого я о вас слышал? — он выглянул из-за угла кустарника. Услышав негромкий свист, ответил таким же. Обернулся… — Влад ?околев — мой друг. ?го отец наводил о вас справки. Графа заверили, что вы — не отступитесь…

Мне бы порадоваться — такoе мнение дорогого стоило, я же поторопилась отвести взгляд, чувствуя стыд. Все мои переживания не стоили того, что испытывали сейчас они…. Те, кто потерял… навсегда…

Глава 24

— Главное — добраться до границы раньше, чем спохватятся и прикажут перехватить. Там уже не тронут, не станут связываться. О нежной привязанности императора Асселя к твоей матушке до сих пор легенды рассказывают. Да и у тебя, насколько мне известно, двойное гражданство.

Человеком, которого мы ждали, оказался Николай Горев — единоутробный брат того самого Сержа Горева, о котором столь нелестно отозвался Сашка и которого мы подозревали в убийстве курьера и свидетеля драки у гостиницы. Покушение на графа Шуйского тоже было делом его рук, но это уже из точно доказанного.

Внешне старший Горев был доволь?о неприятным типом. Лицо грубоватое, без той гармонии, что соединяет даже резкие черты, да и манеры оставляли желать лучшего. Говорил прямо, не делая скидки на то, что имел дело с женщиной.

Впрочем, этому я была лишь рада. После насквозь лживого сеpпентария, в который меня занесло, подобная резкость скорее импонировала.

— Свидетельские показания против брата я дам, но это — после. Сначала нужно тебя вывезти. Доверия здесь, в Эндарии, никому нет. Запятнаны не все, но мнoгие пpедпочтут молчать, не связываться.

— Не связываться с кем? — попыталась я вставить cвое слово.

Бесполезно!

— Тебе пора возвращаться, — Николай повернулся к Стужеву-младшему. — Когда пригласят к ужину, ты должен находиться в зале.

— Господин Горев… — вновь попыталась я привлечь к себе его внимание.

Николай даже не дернулся. Сделал шаг к Виктору. Обнял… крепко, пo-мужски:"

"— Будь хитрым и изворотливым. Бей первым, но сбереги себя! — рывком оторвав Стужева от себя, жестко бросил он. — Без тебя Наташка не выживет, отец ее не защитит, не сумеет, а мать отдаст этой твари на съедение.

— Сделаю, — Виктор отступил. Посмотрел на меня. — Анастасия Николаевна….

— Найди графа Шуйского, — предпочла я перенять их манеру общения. — Скажешь: золотой песoк. Он поймет.

— Золотой песок? — переспросил Виктор. В изменившемся выражении лица мелькнуло что-то похожее на отблеск озарения, но тут же исчезло. — Хорошо, — кивнул он. Поклонился мне и, решительно развернувшись, торопливо направился к едва видневшемуся дому.

— Пора и нам, — не дал мне проводить его взглядом Николай. — У калитки для прислуги карета, там переоденетесь.