Год полнолуний

 — Ты пойдёшь с нами?

— Нет, не могу. Заправиться надо, да и бросать машину не стоит, ещё заинтересуется кто. Я скоро вернусь. Если вас не будет, то остановлюсь чуть дальше, около улицы Нахимова, — Саша показал на ближайший перекрёсток.

— Ну ты буйвол! — вломился в кабину Ярополк и довольно больно, хоть и по-дружески, треснул Трофимова кулаком по плечу. — Такую громаду сдвинуть! Как пёрышко! А по виду не скажешь. Как только смог?

— Она неслась, как волк за зайцем! А ты одной рукой — туда, сюда! И послушна, как овечка! Дед, аки коня за узу вёл!

— Пойдём, — спокойно скомандовал старик, первым покинул салон и пошёл в сторону отделения.

Синичка быстро чмокнула Сашу в губы и устремилась следом за ним. Немного проводив всех их взглядом, Трофимов включил вторую передачу, тихонько тронулся с места, за несколько секунд догнал их, пару метров проехал рядом, потом увеличил скорость и рванул к кольцу «пятидесятого», на заправку.

На Наличной улице, из уличного телефона-автомата, он позвонил в парк, соврал, что стоит у моста Лейтенанта Шмидта с пробитой подушкой, и попросил возврат по технеисправности. Сонный женский голос сказал: «Ёж-жай», и Трофимов спокойно отправился дальше. Теперь его опоздание с линии никого беспокоить не должно — поломка зафиксирована официально.

В очереди на заправке маялось всего трое — два «КАМАЗа» и «Вольво»-дальнобойщик. Правда, последний ухитрился залить в неведомые ёмкости аж полторы тонны топлива, и в итоге полчаса Саша всё-таки потерял.

Когда «Пешка» остановилась на углу Беринга и Нахимова, там ещё никого не было. Трофимов успел подмести салон, навести порядок в «бардачке» и отчистить щётки от намёрзшего снега, заполнить путевой лист. Новые знакомые появились, когда он уже начал беспокоиться. Шли они на этот раз устало, с трудом переставляя ноги по жёсткому насту. Яр поддерживал Младу, обняв её за талию, Велемир и Синичка держались за руки.

— Где вы так умаялись?

Саше никто не ответил. Дед и молодая парочка расселись по местам, Синичка забралась в кабину. Трофимов пожал плечами, сел за руль, покосился на девушку. Синичка угрюмо смотрела в пол.

— Да что случилось-то?

— Понимаешь, — она не отрывала взгляд от пола, — там могилы, — девушка показала в сторону реки Смоленки.

— Знаю. — Он тронул машину с места, осторожно объехал открытый люк и стал набирать скорость. — Там кладбище.

— Ты не понял, — Синичка подняла голову, губы её дрожали, — они не на кладбище, они под домами. Это плохо. Это тяжело…

Синичка не ответила, она закрыла лицо ладонями и заплакала.

Саше очень хотелось прижать её к себе, приласкать, поцеловать, просто погладить по голове, как маленького ребёнка, успокоить.