Бессердечный повеса

Она знала, что слишком хороша для таких как он и, видит бог, Рис не стал бы с этим спорить.

Но он всё равно собирался сделать её своей.

– Что ты думаешь о леди Хелен? – спросил он, пока Куинси сервировал стол перед ним.

– Она сокровище семьи Рэвенелов, – ответил Куинси. – Более добродушной девушки вы никогда не встретите. К сожалению, ею всегда пренебрегали. Старший брат получил львиную долю состояния родителей, а то немногое, что осталось, унаследовали близнецы.

Рис познакомился с близнецами несколько дней назад, обе энергичные и забавные, они задавали множество вопросов о его универмаге.

Ему понравились девушки, но ни одна из них не заинтересовала. У сестёр не было ничего общего с Хелен, её сдержанность интриговала и манила. Она напоминала перламутровую раковину, которая под одним углом обзора казалась одноцветной, но стоило её повернуть и глазу открывались нежные переливы лавандовых, розовых, синих и зелёных оттенков. Красивый внешний вид, отображавший лишь малую толику истинной натуры.

– Она со всеми незнакомыми людьми держится отстранённо? – спросил он, расправляя салфетку на коленях.

– Или только со мной?

– Отстранённо? – Камердинер казался искренне удивлённым. Прежде чем он смог продолжить, в гостиную ворвалась пара маленьких чёрных спаниелей. Радостно пыхтя, они подскочили к Рису.

– Господи, – пробормотал он, нахмурившись.

Рис любил собак и не возражал против вмешательства. Однако, третье животное, которое вбежало в комнату вслед за ними и уселось рядом с креслом, привело его в замешательство.

– Куинси, – спросил Рис в полном недоумении, – что в гостиной делает свинья?

Камердинер, занятый выпроваживанием из комнаты собак, растерянно ответил:

– Домашний любимец, сэр.

Они пытаются держать его в амбаре, но он упорно возвращается в дом.

– Есть три вещи, которыми предположительно должен обладать аристократ, – ответил камердинер, настойчиво дёргая поросёнка за ошейник. – Загородный дом, безвольный подбородок и эксцентричность. – Он толкал и тянул свинью с нарастающей решимостью, но животное упорно продолжало сидеть на месте. – Клянусь, – прохрипел камердинер, сдвигая поросёнка всего лишь на дюйм за раз, – я позабочусь, чтобы из тебя сделали колбасу и отбивную к завтраку!

Игнорируя настырного камердинера, поросёнок с терпением и надеждой уставился на Риса.

– Куинси, – сказал Рис, – Лови!

Он взял со своей тарелки булочку и небрежно запустил ею в воздух.

Камердинер ловко её поймал рукой, облачённой в белую перчатку.

Когда слуга, держа кусок сдобы, отошёл к двери, свинья потрусила за ним.

Рис наблюдал за происходящим с лёгкой улыбкой на губах.

– Желание, – сказал он, – мотивирует лучше, чем страх. Запомни это, Куинси.