Формула искренности, Слр, 18+

И пока он полностью приживется, она на седативных препаратах. Есть провалы в памяти, онемение некоторых тканей… Она иногда забывает слова. Или не может вспомнить события… Немного ходит. Можно сказать, она пережила инсульт. И последствия соответствующие. Но самое главное, она жива и будет жить! Она видит, слышит, речь не утеряна.

Это самое главное, да! — На первый взгляд всё достаточно неплохо при тех рисках, которые были. Она молода! Должна восстановиться. — Я могу с ней поговорить? — Распоряжусь, чтобы Вас пропустили.

Встаю на подкашивающихся ногах. У нас есть завтра. Теперь у нас есть завтра! — Матвей… она может вас не узнать. — Что? — Как долго вы знакомы? — Не долго. — Она может вас не вспомнить. Так бывает.

Медсестра дает мне белый короткий халат и куда-то ведет.

Она может меня не вспомнить. Ну и что? Она жива. Она в безопасности. Она будет в порядке. И если память обо мне – цена…

Но очень больно от мысли, что она может не вспомнить все, что между нами было.

Останавливаемся перед палатой.

Я смотрю на нее через прозрачную дверь.

Теона. Она сидит на кровати. Безэмоционально смотрит в окно. Я вижу ее профиль.

Вдоль виска, уходящая за ушко широкая выбритая полоса на треть головы. И было бы даже стильно и по-своему привлекательно, если бы не полоса белого пластыря на ней.

Вдыхаю поглубже открываю дверь. Она не реагирует, головы не поворачивает. И я беру стул, ставлю перед ней и сажусь на против. — Привет.

Эмоций или узнавания на ее лице я не вижу. Заторможено хмурится. — При-вет. — Тея, ты меня помнишь? — Помню, — прищуривается она, словно пытаясь вспомнить сон.

Это не слишком вдохновляет. Ведь, я не знаю кого она сейчас видит во мне – меня или Игоря. — Как меня зовут?

Долго хмурится. Губы несколько раз вздрагивают. Глаза сонно моргают. — Сталкер. — Матвей, — улыбаюсь я ей. — Матвей, — кивает. — А что ты помнишь? — Наш портрет. Углем. Торт, — чуть заметно вздрагивают в улыбке ее губы. – Бассейн. Колечко.

Прикасается пальчиками к своему безымянному.

С облегчением беру ее за руку. Она смотрит на наши руки, сжимая мои пальцы. Ведет по ладони. — Не чувствую здесь.

Массирую ее ладошку. — Всё восстановится. Мы пройдем реабилитацию.

Бросаю взгляд на пластырь на голове. Она отводит сонные глаза. — Некрасивая? — Боже мой! – срывает меня. – Ты живая!! Ты живая! У нас есть завтра! Нет ничего и никого тебя красивее! — Я такая… — опять заторможено и медленно. – Отупе-вшая. Всё как сон. Кошмар. Ничего не пони-маю. Страшно засы-пать. — Иди ко мне! – пересаживаюсь к ней на кровать, обнимаю, укачиваю.

Внутри все расслабляется, и я словно пьяный.

– Поспи… Скоро это пройдет. Мы немножко потерпим… Полечимся… И я заберу тебя домой. Ты будешь жить дома и ездить на реабилитацию в больницу.