8 дней, 9 ночей (СИ)

– Ситуация нетипичная и самолет совсем новый. Вы все сделали по инструкции… Теперь просто посадите нас как-нибудь помягче, и считайте, что разногласия между нами исчерпаны.

Он снова покивал:

– Идите в салон, мы сделаем все, что в наших силах, обещаю вам.

Поднявшись, я повернулась к двери, но в этот момент второй пилот уже пару минут с сомнением поглядывавший на показания бортового компьютера, заметил:

– Здесь что-то не так.

– Ты о чем? – капитан повернулся к нему, а я приостановилась и тревожно оглянулась.

– Датчик уровня топлива в левом баке. Он не меняет значения.

– Уверен?

– Да. С момента последнего расчета показания не изменились. Будто бы завис…

– И это означает… – начал капитан.

– Что эти расчеты не имеют никакой силы, – закончила я, подходя поближе. – Это очень странно, что оба датчика вышли из строя. Попробуйте перезагрузить систему.

Второй пилот выключил и снова включил соответствующий тумблер, отчего экран мониторинга топливной системы погас, а затем засветился снова. Показания по датчикам количества топлива в правом и левом баках были одинаковыми – ноль.

Я не могла поверить своим глазам, в ступоре глядя на прибор, и в это время раздался сигнал тревожного зуммера.

Бортовой компьютер выдал сообщение о низком уровне топлива.

- Этого не может быть! – сказал второй пилот, качая головой. – На чем мы тогда летим?!

Новый частый сигнал зуммера заполнил кабину, и вместе с этим самолет слегка качнуло. Я отступила назад, ища за спиной откидное кресло и чувствуя, что пол слегка ушел из-под ног.

- Падают обороты двигателя номер один! – сказал капитан. – Тяги нет!

- Да неужели мы остались совсем без топлива…

Я поспешно села на свое место, и в этот момент кабина погрузилась в странную и непривычную тишину.

Все приборы отключились, освещение погасло, не было ни одного звука, никакого шума, никаких сигналов… И я внутренне вся похолодела, понимая, что произошло то, чего я опасалась больше всего. Топливо закончилось, самолет превратился в гигантский планер.

А затем где-то что-то коротко щелкнуло и через пару мгновений часть приборов вновь засветилась.

- Мэйдэй, мэйдэй, мэйдэй! – донесся до меня голос капитана. – Аэрофлот двадцать четыре пятьдесят один. Отказали оба двигателя, перешли в планирование.

Повторяю, отказ обоих двигателей!

- Смоленск-север, подход. Двадцать четыре пятьдесят один, вас понял! Удаление сто десять. Освобождаем для вас зону аэропорта, даю экстренный и аварийный приоритеты. Есть ли возможность контролировать планирование? Сколько человек на борту?

- Двадцать четыре пятьдесят один. На борту сто двадцать шесть человек. Псевдотурбина питает основные электро- и гидросистемы. Пока сохраняем контроль над планированием.

- Смоленск-север, подход. Принял, пятьдесят первый.